А. П

Посв. поэтическому клубу "Черновик"


1
Я вызвался сопровождать одну
из лучших, как мне думалось, тусовок
поэтов юных. Стоптанный кроссовок -
одно лишь, что не ставилось в вину
сословию студентов, школяров,
чей громогласный беспорядок слов
порядком бы причудился спросонок.

Сказал: тусовок. Надо: коллектив.
И дело не в кроссовке. Коллектива
печальна участь, если перспектива
в нём - просидеть, никак не наследив.
Что не распространяется на наш:
ватаге нашей не был чужд кураж
(хвала активу!). Вот состав актива:

едален площадных чета трудяг,
два или три маэстро балалайки
при прочих всех могущих ставить лайки
(что тоже важно). Да ещё пустяк -
два мужа без особенных примет,
ведомых долгом, а подсчётом лет
скорее увлечённых ради байки.

2
На этом мы закончим в основном
перечислять былое. У былого
есть жирный минус - не достать улова
для новых дней, живя ушедшим днём.
Домыслим очевидность, есть и плюс:
переживаемого тяжкий груз -
грядущему какая-то основа.

Кто был речист - тот временно молчит.
Кто был поэт - поэтом и остался.
И хоть пока элегии от станса
не отличит, но что-нибудь бурчит
себе под нос. Чей интерес к труду
был охлаждён, тот чуть ли не в бреду
в горячий цех удачливо вписался.

Кто в пьянстве (я сейчас не о себе)
был уличён, теперь почти непьющий,
имеет взор горящий, глас поющий,
и не противится своей судьбе.
Как видно, жизнь меняется. Вода -
поток её событий. И беда
тому, кто в этой жизни отстающий.

3
Как ни разнился возрастной состав
команды молодости нашей, возраст
был не помеха, но, скорее, хворост
для очага. Мы встретились, создав
особенную, может быть, в своём
конкретном роде повесть, чей объём
заполнил нашу ротовую полость.

Мы знали, что искусство стоит мук.
Мы знали, что поэзия, хирея
без образцовых ямба и хорея,
без рифмы, ритма, прочих нужных штук,
погибнет. О, как были мы бодры
в таком режиме жизни и игры,
от собственной серьёзности херея!

Но, тем не меньше, мы отстали. Нас,
заложников работы повседневной,
хотя посильной, но немного нервной,
не призывает сладостный Парнас.
Отложено перо; кой-где порой
к товарищам взывает голос мой,
то вдохновенный, то хмельной, то гневный.

4
Уже я дал зарок не ворошить
прошедшего. Однако, не выходит
его не ворошить. Былое бродит,
аки вино. Как сядешь ворожить
над прожитым, - неделя, месяц, год
едва воскреснут в памяти, так вот
и вправду: от грядущего - воротит.

Кол-во поэтов, вставших у руля
поэзии, превысило нормальный
числитель - что синоним феодальной
раздробленности: нету короля,
не внемлет равнодушная толпа.
У верстового сгорбившись столба,
утешься, менестрель, дорогой дальней!

Я всё это пишу, чтоб возбудить -
нет, не привычку пробавляться прошлым
(ибо рискую показаться пошлым) -
но жажду пролагать тугую нить
на поворотах жизни, как Тезей,
чтоб увязал бы всякий ротозей
начало с окончанием еёшним.

5
(Пардон) Доходит до смешного. Тут,
где я живу - а я живу в довольно
солидном полисе, какой невольно
внушает гордость, - ранг поэта дут;
завод объединён в один сюжет
с размахом строек, рапортов, пришед
на смену сёлам. Эта мысль крамольна

для тех, кому за... Муза много лет
воспитывалась здесь под протоколом
и в памяти народной дыроколом
оставила неизгладимый след.
Печаль, но время милостиво: речь
жива своей способностью увлечь
того, кто дорожит её глаголом.

Искусству же присуща вообще
такая горестная и смешная
картина дня, пока висеть ушная
раковина не даёт лапше;
когда поэт рождается в огне,
литература пребывает вне
огня - столичная и окружная.

6
Словесный труд крадёт часы - тик-так.
В отдельных случаях работу эту
поэзией зовут. Плетут, что нету
определенья ей. Как бы не так.
Слова как будто силятся точней
самой природы быть, сгорая
в ней
любовью к безымянному предмету.

За время, меньшее, чем пара лет,
мы обратились, находившись в ясном
уме и памяти, всем, что прекрасным
в своём считали сердце, к куче бед
и массе радостей, к земле, домам,
друзьям и достоянью пап и мам,
к цветочным лепесткам, глубоким язвам.

Вот потому-то и высок весьма
мой повод для большого оптимизма.
Вот потому я не снижал лиризма
ещё не драмы, но уже письма.
А что ещё, коль не фруктовый  сад
твоей души - конечный адресат
моих стихов на фоне прозаизма?