Дуэт Мария Полупанова и Рита Солнышко

Литературный экспромт к творческому вечеру "ПораПоПарам", март 2025

МП - Мария Полупанова
РС - Рита Солнышко

Ночная гонка за тенями
Р.С.
Учащенное дыханье.
Ночь. Трущобы. Город спит.
Слышу ветра завыванье -
Он мне будто говорит:
"Пой,
вой,
Город - мой,
Ты - со мной иль не со мной?!!"

М.П.
Темень, арка подворотен:
Я хочу укрыться там,
Но в одной - одной из сотен –
Притаился хулиган:
"Лей,
пей,
Да скорей
Оборви веревку дней!

Р.С.
Вновь бегу - а мне навстречу
Та-кого-я-не-ждала!
Что за странный, страшный вечер?
Отпусти, исчезни, мгла!
Кинь!
Сгинь!
Ни один
Не решит с тобой идти!!!

М.П.
А она в ответ - "Увидим!",
Испытанье мне дает:
Вот мне чудится, я – лидер
И должна спасти народ:
Я,
 ты,
Он, она -
В бездне целая страна!!!

Р.С.
Кто-то видит света лучик,
И зовет меня с собой,
Но - что хуже и что лучше?
И что будет со страной?
Нет!
Бред!
Будет Свет!
Десять бед - один ответ!

М.П.
И от речи, пламенея,
засияли вдруг сердца!
Стала ночь чуть-чуть светлее,
Только не было конца.
Люд -
в лед.
Где ж исход?
Где здесь запад, где восход?

Р.С.
Только я иду навстречу
Ветру Времени всея:
Нынче ночь? Да будет вечер!
Только так дойдем до дня:
След-в-след...
Виден Свет!
Вновь забрезжил нам рассвет!

М.П.
Тьма вздохнула: "Что поделать,
Нынче ты сильней опять,
Ни души твоей, ни тела
Не удастся мне забрать.

Р.С.
Что ж -
Будь!
В долгий путь!"
...И ушла Ночная Жуть...

М.П. Новоприставленному Михаилу

Покосившийся дом и сени,
Пятьдесят человек за гробом,
Спать спокойно настало время,
Новопреставленному пред Богом.

Эти дни я надолго запомню,
В доме гроб, свечи, холод, покойник,
Дверь прикрыта от милых разбойников –
Псы и кошки теперь беспризорники.

Мы ведем разговоры душевные,
Житие поминаем усопшего,
Не проста была жизнь его бренная,
Средь упадка деревни всеобщего.

Он печник, специальность редкая,
Каждый дом знал во всей округе,
На поминках вздыхают соседские,
Об ушедшем навечно друге.

Отпевание заупокойное
В доме отчем прошло неспешно,
Пять котов и две псины пристроены,
Полотенце на угол повешено.

Он уходит седьмым из братьев
И последним из отчего дома,
От мучений тело избавив,
Улетает прямиком к Богу.

Пусть душа упокоится с миром,
И святой защитит своей силой
В день Архангела Михаила
Новопреставленного Михаила

Р.С. Позабытая деревня

Позабытая деревня. Покосившиеся избы,
словно плачущие ивы над заросшею рекой.
Затаившееся время, обернувшись дикой рысью,
на закате торопливо дом обходит стороной.

Дом был некогда добротным пятистенком со светлицей,
украшал резьбой хозяин и наличник, и кон;к.
Кто поверил бы охотно в эти были-небылицы,
глядя, как в дырявой печке еле тлеет угол;к?
Ни тепла в н;м нет, ни света: словно старая гнилушка,
то ли жизнь, а то ли нежить еле теплится внутри.
Неприветливо без света смотрит старая избушка...
Проходи, куда путь держишь, да ей в окна не смотри!

Если ты заглянешь в окна, потемневшие от пыли,
если в двери постучишься, переступишь за порог,
- пропад;шь в мгновенье ока, о тебе вдруг позабыли,
ты уже не отличишься от всех тех, чей вышел срок.

Позабытая деревня не отмечена на картах.
Снимок спутника покажет лишь бескрайний ч;рный лес.
Сквозь дома растут деревья, рысь бежит на мягких лапах...
Не заметят, если странник снова в тех краях исчез.

М.П. Дневник поэта
Он приснился мне сегодня
Словно стародавний друг.
Люд толпится, что за сходня?
Мы вдвоем средь всех вокруг.
 
Вихри мыслей закружились,
Что же нужно обсудить?
Но рука в руке сложились
Инь и Янь соединить...
 
Сон на этом прекратился,
Как его мне разгадать?
Много лет никто не снился!
Надо ли о нём сказать?
 
Ведь, проснулась среди ночи
Записать свой сон стихом
Изложила. Троеточие...
И забылась дальше сном.

Через ночь – он снова снится!
Вспряла резко ото сна
За его судьбу боишься?
Или близится весна?
 
Дважды – ночью пробужденье,
Суеверный мнится страх.
Плюну на предубежденья,
Напишу ему о снах!

Р.С. Костёр среди руин / старая обитель

Не первый год с тобою мы скитаемся в глуши,
От северных прибоев до пустынь в ночной тиши.
Но вот однажды ночью к нам явился господин,
Когда мы разводили свой кост;р среди руин...

То древнее аббатство, что разрушено давно,
От ветра укрывало нас оставшейся стеной.
Ни в Господа, ни в ч;рта мы не верили с тобой,
Не думали о том, чей потревожили покой.

Высокий, в капюшоне, закрывающем лицо,
Он вышел к нам из сумрака, представился отцом,
Благословил для трапезы простую нашу снедь
И попросился с нами до утра пересидеть.

Он много говорил нам о былом монастыря.
Потом мы задремали, а когда пришла заря,
Вокруг была обитель, как оживший тот рассказ,
Вокруг мелькали сотни домотканых серых ряс.

Пытались мы проснуться, чтобы свой продолжить путь,
Но страшным пониманием сердца сковала жуть:
Мы стали все такими, ты - монах, и я - монах,
А за стеною сарацины нагоняли страх.

Я Господу взмолился, но не внемлил мне Господь.
А дальше бой случился, и мою терзали плоть.
Остались лишь руины от обители моей,
А дух мой к ней привязан будет до последних дней...

М.П.
Опять приснился тот же имярек…
Отец и он, что может это значить?
У лифта разговор, словно флешбэк,
И нам, как детям, хочется чудачить.
 
Когда б мне постоянно снились сны,
Не придала бы этому значенья, 
Но ныне время сборки у страны,
А визитёр силён на размышленья,
 
От снов в мгновенье ока пробуждаюсь,
А память сновидения хранит,
Пока я с подсознанием сражаюсь
И рифмоплетствую, как будто бы пиит. 

Р.С.
У меня - все симптомы морской болезни
Оттого, что я никуда не плыву;
Я во сне был беспомощным, бесполезным, -
Пробудился и стал таким наяву.

Говорю не о том, что хотел бы думать,
Прикрывая листочком душевный срам.
Дождевое небо висит угрюмо,
Выдавая капельки по часам.

Из свинцовых туч отливают пули,
Со стены стреляет ржавый обрез.
Я хочу, чтобы все на свете уснули
Со мной вместе... а уж проснулись - без.

М.П.
Так хочется с кем-то поговорить - а не с кем.
Так хочется душу излить - а не за чем.
Какие-то мысли крутятся - не выразить,
Какие-то процессы мутятся - не вынести.
Нарастает вселенская силища - с пяти сторон,
Кто-то должен уравновесить их - возможно, он.
Сердце бешено стучит в неистовстве,
Кофе литр, или ада прихвостни?
За четыре года прошедших,
Сколько поводов сумасшедших!
Где Вселенская силища увеличилась,
Равновесие - обезличилось.
Все процессы - по нарастающей,
Только мало кто души спасающий...

Р.С. Мои миры

Я ухожу в свои миры,
Чтобы опять вернуться.
Вписавшись в ход чужой игры,
Моральной проституции,
Я закрываю свой мирок
На потайной замок.

А здесь вокруг меня кричат
О нравственном паденье,
Но в каждом - на душе печать
Обмана и забвения
О том, как светлый идеал
Под ноги к ним упал.

Мне больно видеть наш народ,
Плывущий по теченью.
Мне страшно думать, что грядет
Иное поколение:
Без идеалов, без святынь,
И в душах - едкий дым.

И я пытаюсь разорвать
Культ Быта-ради-быта.
Я лучше стану голодать,
Чем оказаться сытой,
И не услышать вдруг сквозь сон
Меня зовущий стон.

Вступив однажды в этот бой,
Мне не остановиться.
Я остаюсь всегда собой,
Меняя маски-лица;
Я искажаю имена,
Но суть всегда одна.

Моя семья, мои друзья,
Придуманные мною,
Идут и ищут, как и я;
Они готовы к бою,
В котором не потерпит крах
Живущий в двух мирах.

Я принимаю этот мир,
Как принимают кару.
Но я готовлюсь изнутри
К ответному удару,
И прячу свет, что не погас,
От ненасытных глаз.

М.П.
Другая свобода у людей
Следующего поколения
Они выросли в эпоху ****ей,
И всёж обо всём имеют своё мнение.

Р.С.
Они слушают разное,
Советуются с родителями,
Вся их жизнь проходила в годы праздные,
И многое им простительно.

М.П.
Но у них новая реальность,
Они следят друг за другом,
Откровенно не терпят банальность,
Сутками сидят за ютубом.

Р.С.
Пользуются чужими телефонами,
Нуждаются в личном пространстве,
Отличаются от нас гормонами,
Смотрят на ТНТ "танцы".

М.П.
Мальчики. Смотрят. Танцы.
Как это для нас дико!
А они... приспущены штАнцы,
Отрываются под "Чику-Веронику".

Р.С.
Но все-таки они классные!
Глаза горят, сердце рвётся,
И не тянутся к ним пока руки властные,
Пусть как можно дольше так остаётся!

М.П.
Но теперь, спустя время, добавлю
Воспитанием – заниматься необходимо!
И вопрос этот перед обществом ставлю:
Общество! Это важно! Не проходи же мимо!

Р.С.
Не с позиции всезнайки и циничного сноба,
Человека взрослого, «измученного нарзаном»,

М.П.
А с любовью, как любовь к земле хлебороба,
Влезая в шкуру девицы или мальчугана,

Р.С.
Показывать красоту и богатство нашего мира,

М.П.
Научить вкушать радости первооткрывателя,

Р.С.
Не заставлять, а вместе читать-разбирать Шекспира,

М.П.
И в окружающем распознавать руку Творца и Создателя!

Р.С.
Деточки! Милые! Живущие в каждом из нас, взрослых!
Вглядитесь в себя, снимите с себя взрослую шкуру!

М.П.
Общество! О воспитании и образовании – важнейшие вопросы!

Вместе:
Иди! Сохраняй и создавай Отечественную Культуру!