Белый шум прибоя
и явного умысла тоже.
Словно море привычно накатывало прибоем,
похоже соленые, терпкие воды наших лет
вновь и вновь разбивались о парапет,
пеной зачеркнутых дней стекая к сухому пока краю,
в песке дней утопая и тая.
Волна за волной море сгущает тон,
достигнув точки,
когда единственным незанятым стихией останется дочка.
А потом начнется отлив,
обнаживший неприступный риф прошлого,
совершенно и только нашего,
большого и непошлого.
Море успокоится, отойдет.
Так было, будет и вновь произойдет.
Свидетельство о публикации №126030600545