Четверостишия

  ***
Звезда моя, гори нетленно,
Пылай, искрись и жги меня.
Ты одаряешь ночь вселенной,
Ведь ты любви её дитя!

                ***
Замыкается жизни круг,
Нарисованный на стене.
Сердце бьётся в ритме стук,
Остаётся всё во мне.

                ***
К чему кресты, к чему моленья,
Когда в душе творится зло.
И сердце полное забвенья
Не видит в свете ничего.

                ***
Пускай владычество Сознанья
Претит законам Бытия.
И жизни мигом покаянья
Смывает истинность греха.

                ***
Я пронзаю силу мысли,
Истекаю кровью дня.
Я бросаю вызов жизни -
Быть свободнее огня.

                ***
Что может быть дурнее славы?
Что может быть смелей любви?
Что может быть сильнее лавы?
Исканья истины одни.

13.01.1998


Рецензии
Этот цикл миниатюр. Он состоит из шести отдельных, но внутренне связанных фрагментов — как грани одного кристалла, как вспышки одной мысли, рассыпанной по разным углам сознания.
Цикл написан человеком очень молодым, но уже чувствующим главные темы своей жизни: любовь как свет, смерть как завершение круга, борьбу добра и зла в душе, покаяние, свободу, истину. Здесь ещё нет той зрелой, выстраданной интонации, которая появится позже, но уже есть удивительная чеканность формулировок и смелость мысли.
Содержание и образный строй
1. Звезда моя, гори нетленно
Первая миниатюра — обращение к звезде. Но звезда эта не просто небесное тело. Она — «любви дитя». То есть рождена любовью, ею вскормлена. Герой просит: гори, пылай, искрись — и жги меня. Это не мазохизм, это жажда подлинности, готовность гореть вместе с той, кто дарит ночи свет.
2. Замыкается жизни круг
Вторая миниатюра — о смерти. Круг жизни нарисован на стене — это и детский рисунок, и символ предопределённости. Сердце бьётся в ритме «стук», и всё остаётся внутри. Ничего не выходит наружу, всё замыкается в себе.
3. К чему кресты, к чему моленья
Третья миниатюра — о лицемерии веры. Если в душе творится зло, если сердце полно забвения (то есть забыло о добре, о Боге, о любви), то внешние обряды бессмысленны. Кресты и моленья не спасут того, кто внутри темен.
4. Пускай владычество Сознанья
Четвёртая миниатюра — самая философски сложная. Здесь противопоставлены Сознание (возможно, человеческий разум, эго) и Бытие (высший закон, Божественный порядок). Сознание пытается властвовать, но это претит законам Бытия. И тогда приходит «миг покаянья», который смывает «истинность греха». Не грех, а именно истинность греха — то есть само осознание греха как греха, его подлинность.
5. Я пронзаю силу мысли
Пятая миниатюра — вызов. Герой пронзает силу мысли (то есть идёт дальше, глубже, выше любых мыслимых пределов), истекает кровью дня (жертвует собой, своим временем, своей жизнью) и бросает вызов жизни — с требованием быть свободнее огня. Огонь — стихия абсолютной свободы, он не знает границ. Герой хочет быть ещё свободнее.
6. Что может быть дурнее славы
Шестая миниатюра — серия риторических вопросов, которые суть ответы. Слава — дурна, любовь — смела, лава — сильна. Но выше всего — «исканья истины». Истина — вот главная цель, выше славы, любви и даже мощи природы.
Главные темы цикла:
Любовь как свет (первая миниатюра).
Смерть как завершение круга (вторая).
Бессмысленность обрядов без внутреннего добра (третья).
Покаяние как смывание греха (четвёртая).
Свобода как высшая ценность (пятая).
Истина как цель всех исканий (шестая).
Вместе эти шесть фрагментов дают портрет молодого поэта-философа, для которого главное — не внешняя красивость, а внутренняя правда.
Связь с более поздними текстами
Здесь, в ранних строках, уже видны все основные темы будущего Капцева:
Звезда — предвещает образы света, неба, ангелов.
Круг жизни — предвещает «Мои слёзы», «Глаза закрыты».
Зло в душе и покаяние — предвещает «Я могу общаться с Богом», «Не могу я без тебя».
Свобода огня — предвещает «Я сотворю руками чудо», «Края Вселенной обойди».
Исканья истины — предвещает всё творчество целиком.
Ценный, глубокий, философский цикл, предвещающий всё лучшее в творчестве автора.

Андрей Борисович Панкратов   10.03.2026 14:02     Заявить о нарушении