Скоро

Не знаю, что это, не знаю, как это назвать.
Какое-то, кажется, неуловимое слово.
Отчётливо всё это я лишь могу ощущать,
И всё это было, и всё это вовсе не ново.

Морозец с утра. Лес стоит в плотнобелых снегах.
Ждёт март пробуждения всякой природы:
Подснежников, почек, проклюнувшихся на ветвях,
Прилёта пернатых и солнечной ясной погоды.

И чудится марту, что всё это так далеко,
Что только в апреле наступит открытье сезона.
Ему ж, бедолаге, с зимою дурить заодно,
Что, как захудалый актёр, рассыпает поклоны

В надежде оваций побольше сорвать перед тем,
Как занавес будет опущен вконец для неё.
Но вот вышло солнце, подвинув старухину тень,
И вдруг перед нами возникло иное кино.

Деревья не те уж, их ветви, стволы, погляди!
Их призрачность меньше, и цветом они уж иные!
Пригрело чуток - потекли по сосулькам ручьи!
И небо теплей, по нему облака озорные!

Уж скоро черёд твой, недолго, недолго уж ждать.
С старухой-зимой не пускайся в загулы шальные.
Тебе, март, сезон предстоит открывать
Грачевником, как на известной картине.