Письма Дракону Пролог

 КОГДА ТИШИНА СТАНОВИТСЯ СЛИШКОМ ГРОМКОЙ

Всякая история начинается не с первого слова, а с тишины, которая перед ним повисла.
Давай-ка я расскажу тебе, милок,  как всё это закрутилось на нашей маленькой кухоньке, пока чай в самоваре остывал.
В тот вечер на Севере было по-особенному хмуро. Знаешь, бывают такие дни, когда небо опускается так низко, что кажется — протяни руку и испачкаешь пальцы в серой вате.
Ируська моя давеча была сама не своя. Целый день сидела у окна, рисовала каких-то человечков, а потом вдруг замерла. Я ей: «Ирусь, иди ватрушку съешь, остынет же!», а она мне в ответ: «Тётушка, а почему шкаф скрипит так, будто он плачет? И почему, когда я зову Рыжика, тишина после моего голоса становится ещё больше, чем была?»
Я тогда поняла — взрослеет девчонка. Десять лет — это такой возраст, когда сказки про зайчиков уже не греют, а настоящие, взрослые ответы ещё не выросли. В сердце образуется такая маленькая пустота, в которой гуляет ветер.
И, наверно, не просто так в этот момент попались нам на глаза стихотворные строки  Арьи Старк. Про дракона, который улетает, про пустые шкафы и про имена, которые забываются. С них-то все и началось:


Всё в конце всего закончится внезапно
Ты уснёшь
И я забуду имена
Бьётся время о стекло пустого шкафа
Полка скрипнет — и прорвётся тишина

Север видел: улетел дракон на запад,
Тенью крыльев накрывая  города.
Кто остался
Тот считает трещины на картах
И гадает,
Кто останется, когда...

Дракон улетит на запад,
А мы остаёмся здесь
Ты забудешь
Я не вспомню
Что хотели пережить
Ночь пройдёт
Как чёрный поезд
Без огней
Без лишних слов
Дракон улетит на запад
Унесёт нашу любовь.

А зачем лететь
Когда уже устали
От дорог
Где каждый поворот — не тот
Может
Просто он искал такие дали
Где никто его не вспомнит, не найдёт?

Если завтра не проснётся наше небо
Если мы забудем как рассвет встречать,
Я растаю  на обоях тихим эхом,
Нарисую ночь
Где кончилась мечта

А зачем?
Кто знает...

Ируська слушала, замерев, а когда я дочитала до слов «А зачем? Кто знает...», она вдруг вскочила. Глаза огромные, в одном — слезинка, в другом — решимость.
— Тётушка! — крикнула она. — Так нельзя! Если он просто улетит и никто ему ничего не скажет, он же решит, что его вообще не было! Он решит, что "зачем" — это значит "нипочему"!
Она схватила огрызок карандаша, тот самый, что за ухом носит, и вырвала лист из альбома.
— Я не дам ему забыть имена. И свои, и наши. Я напишу ему. Даже если он уже за горизонтом, письма ведь как птицы — они найдут, где приземлиться.
Так и родилось это первое «Привет, Дракон!». Из желания согреть того, кто решил, что стал лишним. Из детского упрямства, которое сильнее любого «чёрного поезда». Ируська решила, что если мир вокруг затихает, она сама станет эхом, которое не тает, а откликается.

Так появились стихи и рисунки — целая битва маленькой девочки за то, чтобы в мире стало чуточку меньше одиночества.

продолжение http://stihi.ru/2026/03/05/8485