Он бы сейчас смеялся, толкая речи...

Маме 22. 11. 25

Он бы сейчас смеялся, толкая речи,
и восхищался преданностью твоей.
И вылетал на хорду в приморский вечер,
Чуть прикусив язык, на лихом коне.

Он бы дивился, что наступило лето, -
Вместо привычной хтони к такому дню.
Ты бы гналась, отвергала его советы,
Мастерски собирая свое меню.

Он бы держался вечной российской веры,
Хоть времена  смешались в бездарный крюк.
Оптимистично не замечал химеры,
Верил в победу и не ревновал к царю.

Он бы сильней, чем ты, триггерился грязью
Трех с половиной мутных кровавых лет,
и ликовал, что родину взяли - сразу,
И триколор - уже на его земле.

Как бы он смог пережить тот апрель  - не в курсе:
Нам - удалось, ибо сильные,
и любовь
Даже от крови с мерзко железным вкусом
Уберегла, чуть смягчив эту жесть тобой.

Он бы светился, слыша твой голос в трубке,
из монитора и изнутри авто:
Так поддержать, удержать, не держа за руки, -
Это бесценно, из двадцати - на сто.

Он бы твои гвоздики припрятал в вечер,
чтобы с утра - традиции гнуть свои
И вспоминать сентябрь, виноград и встречу
С самой красивой девочкой СПИ.
 
Он бы сейчас.. знаю только, что он - поодаль,
Ты для него оказалась примерно всем,
Чтобы шагать сквозь твердь, раздвигая воду.
Не загоняйся. Вдохни. Зацени погоду
И рассекай по солнечной полосе).