Быстрее света

    Дорогие читатели, не желаете прокатиться на «американских горках» человеческого я ? Да, билет не бесплатный , придётся отдать немного своего времени. Сразу предупреждаю , трасса не достроена , хотя на чертежах продумана до каждого винтика , встретятся помарки , неровности. Но не судите строго – это моя первая конструкция. Обещаю ровные площадки , чтобы перевести дух. Ну , что ? Пристегнули ремни ! Поехали !
                Часть первая.
  «Да-а! Да! Да! Получилось!»-закричал Александр Георгиевич, подпрыгнув со стула. И откуда в шестьдесят девять лет только прыть взялась!  «Леночка, ты только погляди, я толкнул его, толкнул!»- не мог он унять восторга, блестя глазами сквозь очки невероятной толщины. Раздались торопливые, лёгкие шаги, и в кабинет вбежала красивая девушка,  двадцати шести лет, хотя выглядела немногим более восемнадцати- дочь профессора Лавренцова. Живые, увлечённые, карие глаза свели видимо не одного поклонника с ума, но теперь глядели с непередаваемым интересом , то на отца, то на стол с керамическим покрытием, на котором вращалась центрифуга с также вращающимся в ней кристаллом , с фиолетовым оттенком, расположенным в замысловатой, сферической цепочке зеркал.
     Десять долгих лет прошло с той поры, когда он точно также радовался своей удаче, своему открытию. Кто бы мог подумать - душа или аура, да какая разница, человека, порождает электромагнитное волновое излучение! И стрелка прибора, созданию которого он посвятил всю свою жизнь после студенческих лет, показала 0.000033 вольта. И  также торопливо слышались шаги, и в кабинет вбегала Зинаида Владимировна- самая любимая, самая желанная супруга и счастье его жизни. Также глядела восторженными глазами на своего «ненормального» мужа. И была счастлива тем, что он был счастлив. Зина… Зиночка…
     Восемнадцатый год. Девятое мая. Она позвонила сестре в Харьков и долго не могла прийти в себя от ответа, что та не желает больше с ней разговаривать. «Забудь меня, живи как хочешь, нет у тебя больше сестры» -сказала она и отключила телефон. А после  - только частые гудки. Видимо, занесла в чёрный список телефона. Профессор был на ежегодном собрании в институте микроэлектроники в Санкт - Петербурге, когда она решила воочию разобраться, что стряслось с сестрой. Ведь знала, что  Шурка её не отпустит одну. В телефоне так и осталось СМС :  - Я к сестре, к твоему приезду постараюсь быть уже дома, за Лену не переживай- совсем взрослая, за три дня не пропадёт. Целую!   - И всё! Никаких вестей. Александр Георгиевич ездил к Тамаре-  злополучной сестре супруги, да только она  сказала, что Зинаиды у неё не было. Все поиски оказались безрезультатными. Зина.. Зиночка…
    С той поры профессор и загорелся сумасшедшей идеей догнать электромагнитные потоки прошлого и узнать что случилось.
-  И вот теперь Лена увидит! Нет мы вместе с ней увидим! -думал профессор.
   - Гляди! Как я и говорил, - вытирая пот со лба, увлечённо объяснял Александр Георгиевич,  -  на каждом обороте центрифуги ,  скорость потока света будет увеличиваться кратно. Выйдя в пределы Вселенной , он догонит поток прошлого и ворвётся в него. Часть увлечёт за собой, но часть получит очень сильное завихрение и вернётся со скоростью, превышающую скорость света , обратно и отразиться в этой зеркальной сфере! Мы всё увидим! Мы найдём маму! Мы должны её найти!»
    Смахнув с лица прядь русых волос, Лена зачарованно слушала старого профессора, вникая в каждое его слово. Центрифуга набирала обороты, воздух становился как- будто наэлектризованным.
-  Лена, смотри сейчас я буду направлять свет на кристалл» . Сердце профессора бешено билось, холодные капли пота катились по лицу. Или это слёзы?
-  Сейчас…
Профессор тяжело вздохнул, побледнел и схватившись за грудь, начал падать, увлекая за собой свою невероятную машину. Яркая вспышка озарила комнату, раздался чуть слышный щелчок, от которого оконное стекло рассыпалось на мельчайшие песчинки, и их  тут же , на полу , закружил ворвавшийся свежий, весенний ветер…
-Папа! Папочка!!!

 
        Я шёл, шатаясь , по ул. Калинина, родного города Тулы. Ни свежий, весенний ветер, тёплым дыханием трепавший мои взлохмаченные волосы, ни доброе, нежное  солнце, ласкающее моё давно немытое тело, сквозь рваную , клетчатую рубаху, ни восторженное пенье счастливых птиц, переживших суровую зиму, полное надежды и счастья , не радовало меня. Небритый, неопрятный, разящий за версту алкоголем, я встречал на себе презрительные взгляды милых девушек, мимолётные, уничтожающие. - С вами всё понятно- кололи они меня  больнее и больнее. Куда уж больнее? Больнее некуда.
     В двадцать семь лет я был уже главным инженером-конструктором оборонного завода. А то! К недюжинным умственным способностям прилагался честно заслуженный,  красный диплом. А мои изобретения , внедрённые в конструкцию поворотных механизмов танковых башен, подняли меня на самое из почётных мест в иерархии завода. Красивый, высокий, следящий за физической формой, я всегда вызывал  симпатии девушек, а новая БМВ Х5 становилась точкой начала романтических знакомств.  Открывалось, тонированное боковое стекло, показывалось соблазнительное лицо русоволосого парня, в шикарных солнцезащитных очках, и уверенный голос завораживающе останавливал понравившуюся девушку:  «Красавица, разрешите Вас подвезти?»   Ну как мне можно было отказать. Так я и познакомился с Мариной. Это была любовь с первого взгляда. Уже через четыре  месяца она стала моей супругой. Я дышал ей.   Правда у мамы с невесткой отношения не заладились. Нет,  мама не высказывала недовольства, просто, как только я привёл Марину знакомиться, мамины глаза сделались грустными. Сколько раз я спрашивал: «Мама, ну что не так?». И всегда получал ответ: «Всё хорошо, сынок, просто я очень хочу, чтобы ты был счастлив». И целовала. А я был счастлив! Я кружился высоко-высоко, ничего не замечая вокруг! Украшения, дорогие рестораны, экзотические страны- всё для Марины. Ого, даже моей зарплаты перестало хватать!  Но мне ли пугаться , с моей предприимчивостью. А что? Самый современный автосервис в городе!  Не плохая идея. Только не хотел брать кредит, но Марина уговорила. Ещё бы такая красота и не уговорила бы ! В общем, начал я крутиться как белка в колесе, в колесе счастья и забот.
      Всё началось в двадцатом  году. Второй год совместной жизни решили отпраздновать в Сочи. Почему в Сочи? У Марины друзей там было очень много. Вот бы мне тогда  задуматься , откуда у моей жены столько друзей в солнечном, южном городе.
  «Ваня, дорогой, Мариночка, удачного вам пути, будьте внимательнее, отдохните хорошо. Ванюша, будь осторожнее на дороге. Знаю, как  ты лихачишь. Я люблю вас очень-очень!» -говорила мама нам на прощанье. Как по другому, ведь я единственный сын, выросший без отца, погибшего совсем молодым на никому не нужной афганской войне, мамина радость и гордость. «Мамуля, не переживай,-сказал я,- всё будет хорошо».  Про себя подумал, целуя маму в щёку: «Разве можно так переживать, аж левая сторона лица как-будто  изменилась.»   
«Ваня, Ваня, поехали быстрей , с каждым часом машин будет на трассе всё больше и больше! Неужели хочешь по полчаса на светофорах стоять» - нетерпеливо щебетала Марина, шурша пакетом. « Ну, поехали,» сказал я, ещё раз поцеловав маму и вышел за дверь. Спускаясь по лестнице, оглянулся- мама стояла в дверном проёме и махала нам рукой. Пикнула сигнализация, радостно встречая хозяина, я сел в машину, нажал кнопку, мотор схватил с пол оборота, басисто рыча. Всё же БМВ есть БМВ. А вот сердце тревожно ёкнуло.
-А может ну это Сочи, останемся дома, очень не понравился мне мамин вид, ни разу не видел её такой?
Я заглушил мотор и облокотился подбородком на скрещенные на руле руки.
- Ваня, да ты что!? Я уже всем позвонила, меня ждут, нас ждут. А мама? Старость не радость, ещё неизвестно какими мы будем в её годы. А сейчас надо радоваться жизни, каждой минуте!
Она нажала кнопку старта, двигатель заревел, Марина откинулась в кресле.
- Поехали!
Платная трасса, отличная машина, свист ветра снаружи, скорость в сто пятьдесят километров, наполнили сердце драйвом , а самое главное - рядом обворожительная Марина. Удивительно , почти два года, а я до сих пор не могу поверить, что она моя.

      Я бы не уходил с моря, не очень я люблю шумные вечеринки, лучше глядеть на закат, до самой последней минуты, когда больше ни один лучик солнца, даже своим отблеском не потревожит наступившей ночи. Марина думала по другому. Она сама была солнцем - моим солнцем…
       Да , затянулся у нас праздник второй годовщины! Пятый день  музыки танцев и застолья. Да… видимо счёту моей банковской карты всё же придётся скатиться до нуля. Завибрировал айфон.
Ого, я в этом шуме могу ещё вибрацию чувствовать!
- Слушаю!  Да!
- Ваня!
-Ничего не слышу!
-Красивая, а внутри кобра добрая, ласковая!
-Что происходит?
-Так зацепила улыбка твоя, погубила не спросила, укрыла коварная!
-Сейчас!
-Ты не любила, любовь твоя яд!
     Я вышел на улицу, от свежего воздуха аж голова закружилась, или я всё же перебрал?
-Что с матерью, второй день на звонки не отвечает? Ты где?
Холодный пот проступил у меня на лице, колени предательски задрожали.
Я сбросил звонок, набрал мамин номер.
Аппарат выключен!!!
- Тётя Таня, бога ради ломайте дверь,  скоро буду!  - тут же перезвонил я  по высветившемуся во входящих номеру.
-Как же так? Не в силах сдержаться, я запустил телефоном в кирпичную стену ресторана. Яркий экран айфона погас.
Только бы успеть! Даже не подумал ничего сказать Марине. Что она теперь подумает. Жму полный газ, скоро серпантин! Ничего, вечером не особенно оживлённо. А в глазах мама, машущая рукой. Слёзы застилают глаза. Ага , мужчины не плачут. А я мужчина? Не настоял на своём, не разрешив своих сомнений , уехал отдыхать. Чёртова тряпка! Вытер глаза, рукавом, пахнущим духами Марины и дорогущим коньяком. Неожиданный яркий свет ослепил меня. Завизжали тормоза, меня вдавило во что- то твёрдое, тёмное и бесконечно липкое. Свет погас…

     Тьма пробуждалась, ворочаясь во мне, причиняя нестерпимую боль, иногда показывая белые расплывчатые пятна, порой , точно яркий, ослепительный фонарь, светил на меня белый луч , и я снова проваливался в бесчувственную тьму. Проваливался на краткий миг спокойствия, прерываемый бесконечной болью и неумолкаемым скрипом внутри меня. Сколько месяцев прошло или лет, я не знал. Не знал, что больше месяца врачи боролись за мою жизнь, что обезболивающие переставали помогать,  и я стирал зубы в беспамятстве от боли, не знал, что полгода находился в каком-то оцепенении, не реагируя ни на кого и ни на что, что Марина оформила мне недееспособность, продала квартиру, что не приходя в сознание на второй день после аварии умерла мама…
     Странно было очнуться в психиатрической лечебнице, совершенно не чуя ног. Моё «Где я?» повергло в шок медсестру, тут же убежавшую за врачом.  Спеша вошла в палату женщина в белом халате и долго смотрела на меня. Я на неё. И только тогда мне пришла в голову мысль – я  очень,  плохо вижу.  -  О чём и сказал доктору Светлане. Пообещав не торопясь вводить меня в курс моей жизни , она вышла. Через час меня повезли к окулисту.
        С той поры каждый день приносил мне только боль. Даже моя светлая голова потеряла возможность долго держать в уме сложные конструкции мыслей. Значит и о работе придётся забыть . Кем я стал? Господи, за что? Дальше - коляска, очки с толстыми линзами, непонятная грязная комната и вечно пьяная сиделка. Не могло не радовать то, что начинал чувствовать ноги. Иногда. Стал потихоньку  ходить. Правда бывали непонятные провалы, когда я просто падал, на время превращаясь в парализованного инвалида. Не покидала тревога, что ничего не знаю о Марине. Где она, что с ней , почему не приходит? И она пришла! Пришла ко мне! С предложением… расторгнуть брак. Сказала, что моя жизнь загублена, а у неё ещё всё впереди. Сказала, что должен благодарить, за продажу  моей  квартиры, закрывшей  кредиты. Мои кредиты! Что ей было так тяжело. Что я всегда должен помнить её добродетель. Это был контрольный удар для меня. Я провалился в яму безысходности.
      Оставался ли во мне ещё стыд? Да! Пьяный, грязный, небритый , я стыдился носить очки  на улице и держал их в кармане брюк. Отчего не замечал знакомых, а что они думали, глядя на меня такого, даже и представить не могу.
-Так… Бутылка пуста, значит… Значит нужна урна! Урна, ты где? Извините, не хотел!
Люди, завидя меня , нет не расступались- переходили на противоположный тротуар.
- Да… я ли это? Зачем мне жизнь? Кому я нужен?
И в этот миг я ослеп от яркого   света и потерял сознание.

     «Папа! Папочка!!!»-закричал Лена. Сердце её колотилось, стараясь выскочить из груди, живот поджало тошнотой, непроизвольно потекли слёзы. «Дура, не паникуй! -Закричал она сама на себя.- Соберись! Ты где работаешь?»
    Лена положила отца на спину, прощупала пульс. Его не было. Казалась, что грудь пытается делать вдохи, но позывы становились всё слабее и слабее, лицо начинало синеть. Лена набрала скорую.
- Срочно! Калинина шесть, квартира пять. У профессора Лавренцова остановилось сердце. Почему так решила? Потому-что я Лена Лавренцова!
«Дура глупая!» - Прошептала дочь бедного профессора, когда пошли короткие гудки. Но она уже пришла в себя.
Уверенным, отточенным движением она положила ладонь одной руки  на нижнею треть груди  отца и нанесла по ней короткий и резкий удар кулаком другой руки. Затем  проверила наличие пульса на сонной артерии . Его не было. « Держись, папка» -  прошептала Лена и  приступила к проведению непрямого массажа сердца и искусственного дыхания.
Частота вдуваний должна составлять 12-18 раз в минуту, то есть на каждый цикл нужно тратить 4-5 сек. Эффективность процесса можно оценить по поднятию грудной клетки пострадавшего при заполнении его легких вдуваемым воздухом.
 Для проведения искусственной вентиляции легких методом «рот в рот» необходимо, удерживая голову пострадавшего запрокинутой, сделать глубокий вдох, зажать пальцами нос пострадавшего, плотно прислониться своими губами к его рту и сделать выдох.
После вдувания воздуха необходимо отстраниться от пострадавшего, его выдох происходит пассивно.
Частота вдуваний должна составлять 12-18 раз в минуту, то есть на каждый цикл нужно тратить 4-5 сек. Эффективность процесса можно оценить по поднятию грудной клетки пострадавшего при заполнении его легких вдуваемым воздухом.
Для этого пострадавшего укладывают на жесткую поверхность, оказывающий помощь помещает свой сложенные крестом ладони на нижнюю часть грудины пострадавшего и энергичными толчками надавливает на грудную стенку, используя при этом не только руки, но и массу собственного тела. Грудная стенка, смещаясь к позвоночнику на 4-5 см, сжимает сердце и выталкивает кровь из его камер по естественному руслу. У взрослого человека такую операцию необходимо проводить с частотой 100-120 надавливаний в минуту,  у  детей до 10 лет массаж выполняют одной рукой с частотой 80 надавливаний в минуту.
Через каждые 30 надавливаний оказывающий помощь дважды подряд вдувает в легкие пострадавшего воздух и вновь проводит массаж сердца  - это она знала как таблицу умножения, да и как не знать таких элементарных вещей ей, сестре реанимационного областного отделения.
    Пот капал с её красного лица, тело переставало слушаться. Лена сняла с себя сатиновую рубашку, положив на лицо отца, чтобы при вдувании воздуха ничего не попало в лёгкие. Четвёртая минута…Можно ли подумать,  что за четыре минуты  человек может так устать, устать почти до беспамятства, почти до потери сознания. Непослушными, дрожащими пальцами Лена вновь прощупывала сонную артерию. И не могла поверить, что появился пульс. Открыла веко профессора- зрачок начал реагировать на свет.
 «Получилось» - прошептала она распухшими , кровоточащими, покусанным губами и перевернула отца на бок. Села рядом, держа его за запястье . И, забыв обо всём, ощущала ровные, неуверенные толчки. За окном завыла сирена Скорой помощи…

    Я пришёл в сознание. Что со мной случилось и где я нахожусь, соображение говорить отказывалось. А впрочем..
    Белый неслепящий  свет струился свысока, но не вступал в борьбу с полутьмой, окружавшей меня. Я лежал недвижим, только слабовидящие глаза мои могли совершать движения. На верх , к источнику света ,  шла тропа по каменистому склону, вниз -  беспроглядная тьма, а я оказался на небольшом ровном выступе- площадке между светом и тьмой. Ног не чувствовал, впрочем, не привыкать. Но руки!  Я переставал их ощущать! Они не могли оторваться от земли, последние усилия воли прикладывал, чтобы шевелить пальцами, но с каждой минутой они немели всё больше и больше. И вот с ними связь потеряна… Я врастал в каменную плиту!!! Моя душа металась в окаменевшем теле, с невероятной частотой ударяясь в непроницаемую оболочку. Меня объял ужас! Вот и всё… Наконец-то дошло- наверх-  рай, в низ - ад! Но душа не могла вырваться, это было самым невероятным мучением. Но вот по камням послышалось кляцанье. Когтей? Господи, да что же это такое!!! Рычащие, басистые вздохи приближались всё ближе и ближе…  И тут, с невероятным криком :  Аах- уаа!  -   неизвестно откуда выпрыгнул… Господи, боже ты мой…мохнатый чёрт!!! Подскочил ко мне, с треском вырвал меня из камня и, перекинув  через плечо , потащил в преисподнюю!

      Бригада неотложной помощи бегом поднималась на второй этаж. «Надо же, к самой Елене Александровне в квартиру попаду»- думал Сергей, медбрат бригады. Удивительные отношения у него сложились с Лавренцовой. Пришла на работу хрупкая, симпатичная, с тревожным, но до дрожи сердца, обворожительным взглядом. Скромняшка! «Нет, такую нельзя упускать» -решил Сергей и встретил её возле проходной, дождавшись окончания дежурства. Не знающий отказа у девушек, обнял за талию со словами «Леночка, красота моя, я в Вашем распоряжении, любые капризы. Моё сердце в Ваших руках! Давайте знакомиться поближе!» Да вот вывернулась она, с негодованием уколола выразительными  глазами , сказав ,что для него  зовут её Елена Александровна! А его сердце в её руках будет только в реанимации. И ушла не оглянувшись. И кто мог подумать, что его сердце действительно прикипит к этой смазливой высокомерной девчонке.
Маша, его напарница по вызовам, без стука открыла дверь. Они торопливо вошли. У Сергея дрожь прошла по телу: посреди комнаты, поджав ноги, с разгорячённым лицом и всклокоченными, спутанными волосами, без рубашки, не стесняясь своей женской красоты, быстро дыша, сидела она, сводящая его последние два года с ума. «Закрой рот», сказала Мария Сергею и подняв лежащую рядом рубашку ,протянула  Лене. Нахмурив брови спросила: «Что с профессором?»  «Теперь всё в порядке»- ответила Лена, прикрывшись клетчатой сатиновой материей.
     У захода в амбулаторию, когда отца уже переложили с носилок на каталку, чтобы везти на обследование, Лена взяла за руку Машу, потом, немного подумав, Сергея.
- Спасибо ребята!  Сергей ощутил, невероятное желание прижать Лену к себе. Крепко – крепко. И не отпускать никогда. Лена вошла следом за каталкой, резко дохнуло знакомым лекарственным запахом.  И тут прижавшись к кафельной стене спиной, опустилась на корточки и зарыдала, никого не стесняясь.
   Обследование Александра Георгиевича выявило блокаду  левой ножки пучка гиса , и ,в целом,  жить можно - было заключение кардиолога. «Здоровое питание, поменьше волнения, свежий воздух и  Александр Георгиевич обязательно дождётся внуков» - сказал врач, лукаво подмигнув Лене , отчего щёки девушки предательски зарделись.  Убедившись, что отец пришёл в сознание и даже виновато улыбнулся ей, Лена  могла вздохнуть спокойнее . Отпросилась на  несколько дней с работы и поехала домой.
- Что же там твориться – думала она, сидя на затёртом кресле рычащей ,как раненый первобытный зверь, Газели. --  Дверь открыта, окно разбито, куски зеркал от папиной чудо -машины разлетелись по всей комнате. Не сошёл ли он с ума под старость лет? Решил, что обогнал скорость света! Лена первый раз улыбнулась за два невероятно тяжёлых дня.
    Открыв дверь, Лена первый раз задумалась над тем, как тяжело заходить домой, где тебя ни кто не ждёт. Ветер гулял в злополучной комнате, кусочки зеркал блестели на полу, как рябь на воде в солнечный день.  Главное не порезаться. Лена взяла совок и начала подметать осколки. Заглянув под стол , удивилась- кристалл не выпал из центрифуги  и светился ярким фиолетовым светом. Светился  пятью гранями, а шестая была замутнённой. Не додумавшись отключить папино изобретение от сети, Лена погладила большим пальцем замутнённую грань. Запахло горелым мясом.
-  Аааа!  -  Вопила несчастная,  бегая по комнате. Да разве можно найти слова, которые бы облегчили нечеловеческую боль!
- Господи! -  неестественным голосом выла Лена. -  Где этот чёртов темпанол!
-  Аааа! - С полок летело всё на пол. Вот наконец попалась аптечка. Лена подбежала к столу, вытряхнула всё из спасительной   коробочки , ища желанный тюбик, глянула беглым взглядом на зеркальную сферу, испуганно вздохнула и упала в обморок.

     Моя голова билась о мохнатую спину чёрта, но странное дело, хоть меня и начинало мутить от прилившей крови и в глазах появились красные круги, зато  в руках начала появляться чувствительность. Да, их кололо иголками ,  и я готов был выть от боли, но я их чувствовал. И чтобы не биться головой от каждого пружинного  шага бегущего чудовища, я его обхватил и прижался к нему. Я обнял Чёрта!!!  - А ничего, чертеняка, тёпленький!!!-   И только сейчас начал протрезвляться ум- ведь я замёрз и у меня зуб на зуб не попадает. Тело бьёт частой дрожью, значит не душа рвётся наружу, а холод во внутрь. Но тут мои волосы встали дыбом от дикого, ужасного крика снизу!
-Аааа! Господи,  как же больно! 
-Уууу!!! Сгорела до кости!!! Мамочки мои!!!
- Ааа!
- Вот он- беспощадный ад! И меня, грешника, также будут жечь в котле. Вечность!!!
   «Помогите !!!» -  в не себя заорал я и начал колотить кулаками мохнатую спину. Начали появляться огромные деревья. Добежав до них, чёрт остановился, огляделся  и сбросил меня со спины.
-Где ты был, чёрт? Кто он ? - Услышал я неестественный, требовательный, раздражённый голос дьявола.
-Ууу! Сказал чёрт, встав на колени перед невидимым злом и начал сдирать с себя шкуру. «Наверное лучше самому- не так будет  больно»-  подумал я.
 Мне показалось или у чёрта хвоста нет? Видимо оторвали за провинности.  А как ловко- то содрал  он шкуру, а под ней вторая! Так вот откуда выражение пошло- десять шкур содрать!
Мохнатый тем временем стал наклоняться ко мне обнажая жёлтые клыки!!!
-Ууу !
- Не хочу! Помогите!! Кто нибудь!!!
Шкура накрыла меня, обдав вонючим теплом, а сильные руки схватили  в охапку  полупарализованное тело и вновь,  под мерное сопенье, правда не так уже быстро , продолжился  мой путь на могучем плече.
     Не знаю сколько всё это продолжалось, но  вдруг я услышал хруст веток и меня опустили на землю.   Всё конец! К сопенью моего похитителя добавились множественные тяжёлые вздохи . Я вжался в шкуру чёрта и затих. Сердце выпрыгивало из груди, затряслись даже колени! - Ого! Ноги, с возвращением!
Меня никто не трогал, а я боялся даже вздохнуть глубоко. Ждал- вот сейчас, сейчас и… измученный уснул.
    Проснулся от того, что кто-то трогал мой ботинок. Не подавая виду я незаметно выглянул из под шкуры. Уже рассвело. Я находился не на улице. Стены были белыми от инея и свет, проникающий только с одной стороны , зажигал его белыми, блестящими огоньками. На полу тонкие веточки, на них нога, покрытая тёмной шерстью. Я начал рассуждать: после аварии я пришёл в себя в психушке. Так? Так!  Три месяца пил беспробудно. Так? Так! Чёрта видел?  Да!!!  Да что видел- обнимал! Вывод один-  я рехнулся. Рехнулся!!! И тут на меня навалился истерический смех. Я смеялся до слёз, до икоты, до режущей боли в животе. Даже не заметил, как безумный смех перешёл в плачь. Я не мог остановиться даже тогда, когда чья -то рука участливо легла поверх шкуры мне на плечо и послышался тяжёлый вздох. Наконец я затих. Тем временем к первой волосатой ноге добавилась вторая, только обёрнутая во что- то коричнево-жёлтое. Шкуру, волосами внутрь!!! Я охнул и  сильные руки сняли с меня шерстяное одеяло и посадили в вертикальное положение.
     Я не верил тому, что видел : пещерные, первобытные люди! С выступающими вперёд челюстями, низкими лбами, глубоко посаженными глазами. Шесть больших, наверное мужчины, две поменьше, женщины? Ой, и вправду женщины! И семь ребятишек разных возрастов. Все пристально уставились на меня тёмными глазами. Одна из женщин подошла ко мне и протянула кость с мясом. Типа жри. Делать нечего. Преодолевая рвотные позывы я начал грызть сырую мёрзлую пищу. Зверёныши не сводили с меня глаз, слюни  так и текли из уголков детских  ртов. Я протянул им кость, и все посмотрели на самого крупного самца. Он кивнул головой и зверёныши с жадностью набросились на еду. Видать были очень голодные.
«Уу»- ткнул себя в грудь главный самец.
«Гу»- ударил кулаком другой.
«Ху»- третий, с одним глазом и глубоким шрамом на щеке. По-видимому самый пожилой из них, так как на взлохмаченной голове, клочьями проглядывалась седина.
-Ге! Хо! О! – продолжилось знакомство.
«А я - просипела моя измученная сущность охрипшим голосом,- Ваня. И зачем – то добавил - Русский!»
- Ру! Ру!  -  Подхватило волосатое племя .
Значит зла мне не желают. Приветили, покормили. А если… галлюцинации? Точно!
   Кому я нужен? Кто мог меня забрать такого к себе? Только тётя Таня, сестра матери. А куча детей? Света? Света со своей хоккейной командой! И её муж Геннадий!  Ге!! Всё сходится! Но вторая особь точно не тётя Таня. А почему столько мужчин? Сердце резанула тревога. Я решил доверится здравому смыслу, а не травмированной голове.
- Света, подошёл я к обезьяноподобные женщине, решившей накормить меня.
-Мо – поправила она меня.
- А где тётя Таня?
- Та?-  И её лицо приняло скорбящее выражение,  и в глазах заблестели слёзы. А два маленьких, шустрых человечка подбежали и сиротливо прижались к ней.
- Соболезную,-  сказал я и взял без отвращения за грубую руку.

   Сергей был любимцем в семье. Три сестры, и он самый желанный , младшенький . Его отец, Тимофей Тимофеевич Сквозняков, был весьма предприимчивым человеком и , глядя на  разваливающююся государственную медицину, создал сеть платных здравклиник по всей области. К делу отнёсся со всей ответственностью и по началу не мог позволить купить себе  даже нового пуховика  на зиму. Но зато потом!  «Лучший доктор»- это был уже не бренд, это была последняя надежда многих людей. Бесспорно, имея самое современное оборудование и квалифицированных специалистов, многим удавалось помочь, но и от безнадёжных доход был не меньше, а даже больше, ведь никто не запрещает надеяться, а в современном мире и за надежды нужно платить и желательно побольше. Дела пошли в гору, вместо хрущёвки - новый особняк, вместо  рейсового автобуса- машина. Какая? А какую захочет. Вот и на любимого сынка денег было совсем не жаль. Самые дорогие игрушки, приставки, компьютеры, японские мопеды- всё для него. И разбаловался сынок.  В одиннадцатом классе на уме были лишь девчонки, а не учёба, начал даже возвращаться не трезвым под утро. Надо было что-то предпринимать.  Еле закончив школу и не поступив в институт, Сергей совсем не собирался устраивать свою жизнь, а наслаждался свободой. За неделю до его восемнадцатилетия, Тимофей Тимофеевич, как будто незаметно, но весьма заметно, загнал в гараж новую Тойоту Прадо, а за ужином сказал, что на день рожденья Сергея ждёт сюрприз. Сергей превратился в паиньку.  Праздник, договорились отмечать только в кругу семьи. Что удивительно, именинник не возражал. И вот он , самый торжественный момент:
- Сергей! От всего сердца!  Ты теперь взрослый! Я так рад! Желаю счастья! -  Отец протянул небольшую прямоугольную коробочку в красочной упаковке.
- Спасибо, папочка, я тебя очень, очень люблю!- Сергей начал нетерпеливо распаковывать подарок. Там был… дешёвый вафельные торт!
- ???
- А ты чего хотел, оболтус?! Всё! Начинается новая жизнь! Ты мой наследник, наследник фирмы! Ты должен заслужить роскошную жизнь, а не получить её за так! Завтра идёшь в медицинское училище, без экзаменов, с середины года, я договорился. И попробуй только вылететь!-
 Мама Сергея подошла и улыбнувшись взяла супруга под руку . Сговорились.
   Так и начался непростой путь, приведший молодого человека в медбратья скорой. Но зато после первого рабочего дня, в областной больнице, отец просто вложил ему заветные ключи в руку. Заслужил.  А немного погодя,  в реанимационном отделении появилась Лена, такая прекрасная и недоступная , желаннее Тойоты , засевшая колющей занозой в его сердце.

     Было утро. Сдав дежурство, Сергей не поехал отдыхать, а решил попытать счастья, вспомнив как Лена сама взяла его за руку. Куй железо, пока горячо, вспомнилась поговорка. «Ох, горяча, крошка»- прошептал Сергей и нажал на педаль газа. Заехал за цветами, а лоск в одежде наводить не стал, пусть видит что он не мажор, а трудяга. Припарковался у уже знакомого дома. Взял , протянувшись , с пассажирского сидения букет, да только алая ленточка защемилась крышкой подлокотника, куда он бросил сдачу. Розы рассыпались по машине.   «Мать твою!» выругался Сергей, прокляная  свою невнимательность , и тут в приопущенное окно донеслись женские крики. Сергей выскочил из машины.
    Так и есть , кто- то кричал из разбитого окна второго этажа. «Лена?!»-ужаснулся он.  Подбежал к подъезду, набрал номер 1.
- Кто там? - Раздался сонный женский голос.
-Скорая, откройте !
 Домофон  пикнул , и Сергей побежал на второй этаж. Хорошо, что дверь была не закрыта на замок. Не стуча, он вошёл. Запах палёного мяса противно ударил в нос, Сергей даже поморщился. Забежал в комнату и среди рассыпанных лекарств увидел Лену, лежащую без сознания. Взяв её на руки , бросился к машине. Нажатием одной кнопки,  пассажирское сиденье плавно откинулось и сильные мужские руки положили девушку на дорогую кожу. Лена открыла глаза, когда Сергей вытаскивал уже руку из под её талии. Вокруг были раскиданы бордовые розы .
- Ты? Ты… Ты чего это? – Лена попыталась подняться на локтях, но молодой человек, взяв её за предплечье , сказал : «Всё хорошо, ты просто потеряла сознание. Голова не кружится? Не тошнит?
«Немного кружится»- ответила Лена. И где-  то далеко-далеко  промелькнула мысль : а Сергей - то оказывается какой заботливый!
- Разреши я тебя отвезу к Архипову?
Лена представила седой ёжик и заботливые глаза старого врача и ответила: «Да, пожалуй, только закрой пожалуйста дверь, ключи у входа на тумбочке.»

   Третий день я находился в моём придуманном мире. Никто не разъезжался.  Четверо мужчин уходили рано утром и возвращались поздно ночью уставшие и недовольные. Дети уже не бегали радостно, а только сидели прижавшись друг к другу, укрывшись шкурами. Ху не переставая стучал камнем по камню, иногда вытирая слезящийся глаз рукой. Да так и ослепнуть не долго! Ну и что же он делал?  Каменный наконечник копья! А ввалившийся Уу полностью ввёл мой разум в замешательство, когда притащил невиданную птицу и начал рвать её на шестнадцать частей! Господи! Что со мной? Где я! Дай мне силы всё перенести!
   Все сидели кругом и тщательно жевали скрипя зубами. Да, голод не тётка , и в этот раз часть крыла с перьями мне  казалась  не такой отвратительной. И вдруг за спиной я услышал возглас: «Вон бомжара!!!»
Я вскочил, обернувшись и ничего не понимая.
- Где? Где? Кто здесь?  - Никого не было!!!
Ге подскочил ко мне ударив себя в грудь кулаком - Ге!-
-Господи, спаси и сохрани! - Я , атеист, молил бога о помощи!
-  Ха-ха -ха!-  Услышал я голос.  - Встань на колени, раб мой!
По правде сказать , мне было совсем безразлично , куда уже падать. Я рухнул на колени перед удивлёнными взглядами моих сотрапезников.
- Господи, не оставь меня! Спаси и помилуй!
Да только бог больше не захотел меня слышать. Я вспомнил Отче наш, который читал ребёнком перед сном по наказанию мамы, крестился, но бесполезно. Бог уже отвернулся от меня.
Я не знал, что теперь и думать. А что думать? Надо идти и осматривать этот ад своими глазами, а то так можно и с голоду подохнуть. Подохнуть с голоду в аду! У меня начинало подниматься настроение.
  Я вышел из хмурого логова и тут же ощутил ледяной ветер, пронизывающий до костей. Вот это да! Ледяной ад! Вот тебе и котлы , и жар, и скрежет зубовный ! Ну скрежет я уже слышал в кругу за едой. А вот мохнатые невольные соплеменники мои не казались мучителями.  Утащив вниз ,обо мне позаботились, отдав свою одежду. Можно сказать, отдали последнюю рубаху. Ничего себе ад .
    Серое небо, бросало по ветру редкие снежинки. Вверх был  подъём на скалу, каменистый, местами очень отлогий . На право-  крутой обрыв, на вскидку метров двадцать вниз, налево и прямо постепенно вырисовывалась ровная, немного наклонная лесистая местность. Справа от входа ,  метрах в пятнадцати , был огромный сугроб. Только подойдя ближе я увидел, что из него торчат огромные кости. Опять мне стало неспокойно. Но отведя взгляд от ужасающей картины ,  увидел  среди голых, заснеженных  деревьев… ели! Никогда в жизни так ничему не радовался. Я бегом бросился вниз, не заметив, как пробежал метров  тридцать и обнял первую зелёную красавицу! Я был несказанно счастлив. Даже не заметил, как сзади появился Уу и протянул мне копьё и шкуру.
«Оуу»- мол одевайся, замёрзнешь. Я стал частью стаи.
    По утрам с Уу и Ге мы ходили в долину поправлять замаскированный настил над ямой. Я так понимаю, они  хотели добыть мамонта. А что мне ещё оставалось думать?
Гу и Оо уходили дальше, совершая огромный полукруг пути от ямы, видимо , на разведку. Почему не по прямой? Чтобы не оставлять следов и не привлекать внимания. Остальные самцы охраняли жилище. Значит не спокойно здесь, ох, как неспокойно. Я подружился с детьми, которые каждое утро развязывали мне шнурки на ботинках, с Им, второй женщиной стаи, судя по крупному животу в такое голодное время, готовившейся к родам. Да… Дела…


   «Ох, Лена,- тяжело вздыхал доктор Архипов после осмотра- даже и не знаю, как тебе это сказать».
- Всё настолько серьёзно? Прошу, не утаивайте ничего!
- Ладно , у тебя ,после падения,  образовалась…- пауза становилась зловещей- огромная шишка!
Глядя на округлившиеся, испуганные глаза пациентки , Иван Афанасьевич прыснул от смеха. Кабинет зашёлся в хохоте- теперь уже и Лена не могла сдержаться.
«Но, дорогая моя, говорил доктор, вытирая слёзы, - пальчик твой очень плохой. Пойдёшь сейчас к хирургу и поверь, что на этом смех заканчивается.»   
Как Лена не просилась, домой её не отпустили , и  хирург долго колдовал над бесчувственной от лидокаина рукой и хмурился.
- Всё ,отпечатки пальца удалены. На два дня под наблюдение. Возражения не принимаются. - А потом обнял за плечи и участливо сказал: « Наркоз пройдёт, будет очень больно, терпи дочка».
     Для Лены начались неожиданные больничные будни, скрашиваемые каждый вечер цветами и апельсинами от  молодого человека, не захотевшего представляться. А что представляться , его и так все  знали в больнице.

      Был обычный серый день, живот от голода поджимало к позвоночнику, постоянный холод довёл до того, что и закутанный в шкуру я не мог согреться, а дрожь стала моим обычным состоянием. Кожа на руках потрескалась и нестерпимо болела. Губы обветрили и полопались, кажется, даже глаза ввалились, хорошо хоть негде было на себя посмотреть.  Всё также мы ходили на проверку ямы, но сегодня кажется был удачный день -Ге увидел следы и осторожно, приготовив копьё для броска, крадущимися шагами, пошёл в густые заросли кустов. Уу еловой лапой наметал снег на оголившийся ствол- перекрытия ямы, отдав мне копьё. А я стоял и дрожал. Ну как я не мог заметить огромного зверя каменного цвета? Будь трижды проклято моё севшее после аварии зрение! Позабыв про всё, я бросился бежать, и в тот момент, когда огромный клык в виде сабли настигал меня, с диким криком «Ге! Ге!  безоружный Уу в прыжке бросился на зверя, вцепившись ему в шею. Краем глаза я видел, как раздвигались кусты- это Ге бежал на помощь, но сил остановиться у меня не хватило. Я встал только добежав до дерева, оглянулся и увидел, как от мощнейшего удара лапой Уу, с треском провалился в нашу яму, а Ге стоял со сломанным древком копья. В прыжке от него был огромный ,похожий на тигра монстр, с выпирающими , полуметровыми клыками.
- Господи, что же мне делать? Сердце переместилось к горлу и готово было перекрыть дыхание. В двух метрах от меня появился луч света.
- Встань под луч, Бомжара, и ты вернёшься домой!
Бомжара! Настоящий бомжара!!! По моей вине погибла мать, по моей вине погибнут дикие люди , отдавшие мне последний кусок мяса!
- Оо!  -Закричал я и бросился назад.
-Стой, раб! Вернись! Как ты смеешь ослушаться меня!
- Иди на хрен, бог!  - Заорал я. - Ты  дьявол! Дьявол искуситель!!! Оо!»
  Тигр разорвал Ге руку от плеча до кисти и готов был вцепиться в него зубами, когда я воткнул ему в бок копьё. Трещали кусты- это бежала подмога. Тигр развернулся и, унося моё копьё , бросился прочь. Ге упал на окровавленный снег, из разорванной в клочья руки текла кровь, унося  его жизнь.
-  Ге! Ге! - кричал я, но он уже не реагировал.
- Кровь! Повсюду кровь! Надо остановить кровь!
Я вырвал из брюк ремень и перетянул руку в самой верхней точке плеча. Перед глазами шли красные круги , когда я смотрел на рваную рану. Но нужно было что-то делать! Я снял рубаху и начал её тереть об снег, чтобы хоть немного сделать чище. Разорвал, её на бинты и попытался  хоть как-то собрать кровавое месиво. Бинтов не хватило. Сбросил ботинки, снял брюки. Хотел разорвать, но пальцы уже не слушались. Отдал прибежавшему  Гу, показав, что нужно делать. Гу безо всяких усилий разодрал мою последнюю одежду на ленты. Надо же, из кармана выскочили мои очки. С верёвочкой между дужками. Я повесил их на шею. Забинтовав несчастного бросился к яме, забыв про ботинки.  Там , между заострёнными кольями, лежал Уу,  неестественно подвернув ногу. Как же трудно было его вытащить! Я весь вывалялся в снегу,  пока мы втроём доставали раненого .  Ноги превратились в бесчувственные чурбаки, которые я неимоверным усилием воли заставлял двигаться. Нужно было вправлять перелом и накладывать шину, а осталась только одна брючина, шнурки и завязка от трусов.
-  Так! Ровные палки есть! Руки! Чёртовы руки!- Пальцы отказывали повиноваться! Ничего не остаётся! Я подошёл к Оо и сунул руки под шкуру, прижав из к волосатой груди. Кажется он меня понял правильно. Минут пять я стоял глядя ему в лицо. -Какие же умные глаза!   Сзади подошёл Гу и накрыл мне плечи своей тёплой шкурой.У меня навернулись слёзы. Никто , кроме мамы,  так обо мне не заботился. Пальцы закололи иголками, начали немного шевелиться. Спасибо и на том. Пересиливая себя, отстранился от тёплого друга и указывая глазами место ногам куда надо наступить, пошёл к Уу. Хрустнула вправленная кость. Неужели это всё делаю я? Выровнял  неровности ноги шкурой, наложил палки , прижал к другой ноге, запеленал их  оставшейся частью мохнатой одежды и туго завязал, еле – еле соединив концы шнурков. Осталось не забыть ослабить ремень, но ноги вконец отказались подчиняться. Я на четвереньках пополз к Ге. Дополз и уже ничего не понимая ,скрёб пальцами золотистую бляшку, язык онемел, я только мог мычать. Я так и не узнал, ослабил ли я ремень сам или  дикие люди меня  смогли понять и помогли.


      Марина целовала меня и прижималась ко мне обнажённой, горячей грудью,  а я не мог оторвать от неё восхищённого взгляда,  она дразнила меня слегка прикусив губу и выгибая спину, чтобы я мог любоваться ею. Я прикасался к её коже и на меня накатывала дрожь нестерпимого желания. « Я твоя» шептала она, а я ей всё уже простил.
- Ты мой, бомжара! - Слышалось за её спиной и мои ноги прижгли раскалённым железом.
- Не жди пощады!
 Ещё и ещё прижигала сталь мои ступни. А  вместо Марины, на меня опустилась невероятно тяжёлая шкура, закрыла свет и воздух. Я начал задыхаться. Очнулся в поту и ужасе, не имея возможности пошевелиться. Кто-то держал меня, прижимая к себе.
Вот это да! Так это Мо отогревала меня своим тёплым телом! Меня колотила лихорадка, ноги нестерпимо горели. Еле приподнявшись и откинув шкуру я долго рассматривал во что превратились мои ступни. Огромные, распухшие,  красные. Отморозил- пришла в голову мысль. И тут же пронеслась перед глазами вся встреча с тигром. Я огляделся и увидев лежащих на хворосте мужчин, боком пополз к ним. Уу во всю глядел на меня, а вот Ге метался в бреду. Я приложил руку к покрытой испариной голове и ужаснулся, насколько лоб был горячий. Нужно было срочно разматывать бинты и смотреть рану. Так и есть-пошло загноение. Радовало, что после раскрытия кровь не хлестала ручьём, но по стонам Ге я понял, что боль была нестерпимая. Вот бы где сейчас пригодились антибиотики.  А , была не была! Я попытался объяснить, что меня нужно отнести туда, куда покажу. Безрезультатно. Тогда психанул и пополз сам.
-Надо же дошло!-  Пальцем показал на ель и Оо потащил моё бренное тело. Возле дерева показал ему, что нужно нарвать почек и хвои, чем он и занялся. В пещере камнем я превратил хвою в кашицу и обложил гноящуюся рану. Раздавил почки и показал на себе, что нужно их положить в рот Ге , да  так, чтобы он их проглотил.   А всё таки понятливые мои соплеменники, хорошими человеками будут.
      Я держал раненую руку боевого товарища, чтобы не тревожилась рана, не сползала хвойная кашица и от смолистого запаха переносился в далёкое детство, когда мама от простуды заваривала мне бодрящий еловый чай, а мои губы не переставая твердили : «Ге, ты меня слышишь? Я знаю, ты меня слышишь! Ты дикий, смелый человек!  У тебя должен быть дикий иммунитет! Звериный иммунитет! Ты должен, нет , обязан поправиться! Поправиться!!! Ты слышишь меня?  Ты должен жить! Ге!»

    Домой профессор Лавренцов и Лена возвращались вместе. Бинта на её бедный палец не пожалели, и теперь все прохожие с любопытством косились на её руку. Так и читался в глазах вопрос: куда эта милая девушка так неудачно сунула свой изящный пальчик? Но ей было всё равно- рядом шёл её папа, любимый папа.
- Эх, старый дурак, свою единственную дочку чуть не угробил. Только одного не пойму, почему кристалл так накалился? И ты его пальцем? -Профессор улыбнулся.
- Ага, стало интересно, почему одна грань помутнела. А потом я бегала по комнате, ох,  как же было больно, хоть на стенку лезь, а потом, потом увидела бомжа в зеркальной сфере и мне стало плохо.
- Да,  от такой боли чего хочешь померещиться может!
- Да нет, папа,  я его действительно видела!
- Эх, дочка, дочка! - И профессор обнял Лену.
     Щёлкнул замок, они вошли. Грустно было в квартире, одиноко. «Всё наконец- то дома»- подумал Александр Георгиевич.
- Папа, ты не разувайся, я ведь толком даже и убраться не успела  - сказала молодая хозяйка и пошла в комнату за веником.
- Папа, иди скорей сюда! - позвала Лена.
- Ну чего ты так шумишь, что там у тебя?-  Профессор подошёл к дочке, шаркая по полу тапками.
- Не у меня, а у тебя, смотри !!!
И в правду сфера, точно телевизор, показывала обросшего, грязного, очень исхудавшего человека, в звериной шкуре. Он сидел и грыз птичье крыло, выдёргивая зубами перья и бросая их на землю. Он был не один, а в кругу настоящих неандертальцев.
- Вон он, тот бомжара!!! - радостно закричала Лена, показывая пальцем в сферу.
Обросший мужчина резко вскочил и начал крутиться по сторонам, отыскивая кого- то, губы его дрожа шептали что-то.
- М-да, дела- сказал профессор, - неужели всё таки получилось?   Знаешь, Лена, может мне показалось или это после твоих слов он вскочил? (Лавренцов был ещё тот остряк, а теперь ещё и  настроение поднялось) и шепчет что-то.  Ха-ха. Вот смотри, смертельный номер, читаю по губам: (вообще надо признать, что вид у человека в сфере был крайне растерянный, очень трудно было бы удержаться от смеха) О-о-и   а-и!  Ну, что получается?  Ха-Ха, получается  Господи, спаси! Лена, ты его бог!!! Александр Георгиевич схватился за живот.
Лена тоже покатывалась со смеха, наверное отлегли все приключившиеся за эти дни несчастья от сердца, наполнив душу радостью и счастьем, Ха-ха О- Ха-хе : Встань на колени раб мой!
Профессор молил: «Дочка, пощади, умру сейчас!» А Еленин бомжара взял и бухнулся на колени.
- Капец! Мы попали.

  Как? Кто? Почему? И что теперь делать? Вопросы зависли в звенящей тишине комнаты.
- Лена, давай думать. Для начала нужно узнать, есть ли камеры наблюдения рядом с нашим домом. Дальше… Дальше нужно найти хорошего программиста, чтобы перевести его речь и наладить контакт. Дальше ничего не знаю, идея есть, но нужно всё обдумать. Дочка,   а вообще, мы с тобой ничего такого не наелись?
    Вечер обещал много забот. В размышлениях и беготне никто даже не вспомнил про обед.
- Папа, он псих! Его недавно выписали из психушки! Живёт с сиделкой, та говорит что около недели его не видела, как под землю  провалился!  На камерах осталась только его пьяная рожа , во время твоего падения, а до этого всё стёрлось и после тоже. Охранники магазина считают, что вирус какой- то словили.
- Лен, а как ты думаешь, четыре миллиона за гипотетическую возможность вызволения психа можно отдать?
- Это…  как наша дача?
- Чуть дороже.
- Папа, у меня нет таких денег, но я подумаю. Какой бы ни был человек, а в беде его бросать нельзя, ведь так ты меня учил?
- Значит, минус дача.

- Ну-с? Чей голос будет переводить движения губ? – Программист Саня развалился на кресле. Перед сферой стояла камера, системный блок компьютера и колонки.
- А , Сергея Безрукого!
- Да легко!  А почему…
- А давай за триста тысяч не будет вопросов?
- Звук включать?
- Я сама. Спасибо большое.
Хлопнула дверь, а через пять минут пришёл электрик.
-Уговор помните? Где это видано- триста восемьдесят в квартире и без разрешения!
- Да, конечно.
-Ну глядите моё дело сделать.
     Хлопоты заняли около недели. Лавренцов принёс новые зеркала, как сказал тугоплавкие, и ранним солнечным утром чудо- машина вновь начала набирать обороты.
- Лена, давай сразу договоримся, раз он псих, то нам не нужны лишние вопросы , поэтому  для него ты бог. Раз он так тебя слушает, то просто подойдёт к образовавшемуся лучу и перенесётся назад. Наверное… Может быть…
    
     Воздух начинал наэлектризовываться.
- Ух, ничего себе! Лена, ты погляди, что творится!
- Так он его сейчас сожрёт!!! Мамочки мои!
- Потерпи бедняга, уже почти готово!
- Ты погляди, какое рыцарство, а наш- то  - трус!
- Вставай под луч, ты слышишь меня! Лена, он меня не слышит! Ты его бог, прикажи ему!
- Встань под луч , бомжара, и ты вернёшься домой!
-Ага! Услышал! Услышал чёрт побери!!! Лена! Он псих, он убегает от луча!!!  А это что за голубое свечение?!
- Стой ,раб, я твой бог, я приказываю тебе вернуться!
- Иди на хрен, бог, ты не бог, ты дьявол!!! Дьявол искуситель!
- Леночка, Безруков послал тебя на хрен! Сашка гений!! Он действительно псих!!! Матерь божья!!! Ооо!
Синяя вспышка озарила комнату, отчего в глазах Лавренцовых потемнело.  На  керамическом столе пропали все зеркала, вращающиеся с такой бешеной скоростью, остался только сам механизм и кристалл, с помутневшей второй гранью…


   Сил становилось всё меньше , сознание отключалось без моего ведома. Чувство голода начало затухать . В очередной раз , придя в себя,  заметил, что мои ноги тоже обложены хвоей.
- Ну спасибо ребята, не забуду вашей заботы.
А следующий день выдался солнечным во всех смыслах. Тёплые лучи проникали во внутрь пещеры радуя глаз, у Ге начал спадать жар и он спал. Оо принёс какого-то зверька на обед. Мало на всех, но всё же. А мне нужно было как-то постирать бинты. Мысль была не о стиральной машине и не о посуде, а о простой воде. Вспомнился недалеко от входа выступающий чашеобразный камень. Если его сверху углубить, выдолбив внутренность, а под ним развести огонь, то есть вероятность, что получится разогреть воду. Огонь разведу, фильм «Изгой»  смотрел. Остаётся выдолбить внутренность камня. Мо не пожалела своей шкуры сделав мне обмотки для ног.
Всё таки кто я им такой, что так обо мне заботятся?
И вот , нацепив очки, я принялся за работу. Неблагодарный, бессмысленный труд. Но сейчас в моих руках была жизнь раненого. За день я сделал углубление литра на три. Ну хоть что-то. Весь вечер разводил огонь. Я протёр в сухой палке ложбинку другой палочкой, на опухших, растрескавшихся руках натерев кровяные мозоли, мышцы спины и рук нестерпимо ныли, но даже дыма не получил, лишь горьковатый запах его подобия. Начинало смеркаеться. Я был в отчаянии. Разметав мои приспособления во все стороны, заполз на хворост и укрылся шкурой. Было нестерпимое желание разреветься от обиды. Резко положил голову на руку. Висок прожгла нестерпимая боль.
- Чёртовы очки! Чёртов неудачник! Чёртова жизнь!!!- С размаху бросил окуляры на землю. Лёг, укрылся шкурой и заплакал. Слёзы переросли в смех.
- Я близорукий! Линза собирательная! Кретин тупоголовый!!!
Сбросил шкуру, начал на ощупь искать то, что так опрометчиво бросил. Наткнулся на Ху. Он задержал мою руку, тяжело вздохнув. Наверное решил, что я рехнулся. Я рехнулся?  Я две недели назад рехнулся!!! Дальше уже некуда. Наконец нащупал своё сокровище, бережно прижал к груди и первый раз за всё время уснул спокойно.
   Крик О- го! О- го! потревожил мой сон. Солнце уже робко проникало  лучами в пещеру, а на входе стоял запыхавшийся Оо. Внутри все пришли в неописуемое волнение. Уу пытался развязать замотанные ноги, но Хо резко окликнул его. С горечью мой спаситель стучал тыльной стороной кулака по мёрзлой земле, извлекая из глотки рычащие звуки. Как пожарные на вызов, похватав каменный инвентарь, все выбежали, остались только раненые, я и беременная Им с двумя самыми маленькими детьми. Неужели в яму всё таки  свалился мамонт. Интересно, с чего я решил, что здесь есть мамонты?                Своровав из жилища охапку сухого хвороста, я пошёл выполнять задуманное с вечера предприятие. Что удивительно, действительно пошёл, боль в ногах немного затихла. Неужели помогла хвоя? Ладно, сушняк для розжига есть, теперь нужно набрать дров и я начал спускаться к деревьям. Эх, знать бы чем это впоследствии обернётся , не за что не пошёл бы, а дождался возвращения соплеменников. Натаскав к пещере целую кучу, выбрал из неё рогатину. Самый настоящий костыль для Уу. Оглянулся и увидел кровавые следы. Мои следы. Видимо кожа, не зажив после опухоли лопнула, а мелкие порезы в обмотках пропустили кровь. И тут донёсся трубный рёв, заставивший меня вздрогнуть. Поддерживаемый множественными  звериными криками, он двигался к направлению ямы, но вдруг развернулся и начал удаляться. Неужели не хватило людей , чтобы перегородить отход и загнать в ловушку. Почему с такой уверенностью поджидали зверя ? Значит знали что пройдёт мимо, определили сезонную миграцию животных? А что теперь? Неужели моя обретённая семья обречена на голод? Настроение сразу испортилось. А через какое- то время вернулись охотники. Понурые, измотанные, не обратив на меня внимание, в гробовой тишине зашли они в своё холодное логово. Но мне некогда было предаваться унынию, так и солнце могло зайти, а потом жди ясного дня. Размочалив кору сушняка камнем , я поймал линзой  солнце и навёл  фокус. Кажется прошла целая вечность, пока  появился чуть заметный дымок, который усиливался и вдруг вспыхнул огонь! С трепетом я подкладывал тоненькие палочки, а когда пламя окрепло, я заорал в не себя от радости, не хуже моих дикарей: «Ааа! Аааа!»  И тут произошло то, чего я никак не мог ожидать : на мой крик выскочил кто-то из мужчин и увидев дым, заорал голосом страшнее моего. И все бросились из пещеры! Вытаскивали раненых, строго рычали на детей!  Мне оставалось лишь схватить пылающие ветки и загнать их назад в логово. Не знаю, что они думали обо мне в своём животном ужасе. Обо мне с огнём в руках, с красно-жёлтыми бликами , отражающимися в очках. Я был сущим дьяволом. Да ,  я дьявол!!! И этот ледяной ад теперь мой! Мой!!!
  Из-за того, что не хватило времени поддолбить камень под моей первобытной чашей – котлом, огонь охватывал её только с одной стороны. Но и того было достаточно, чтобы замёрзший камень смог нагреться и растопить положенный туда снег. Я пошёл в пещеру за бинтами, захватив дров для костра у входа, а то разбегутся мои пленники. Заодно и захватил костыль для Уу.  А вот в пещере меня встретило выставленное  каменное копьё. Оо не разрешал мне сделать более двух шагов внутрь. Дети сидели забившись в дальний угол, мужчины злобно смотрели на меня. Я показывал пальцем на Ге, на бинты, объяснял что его нужно перевязывать, да и рана его, потревоженная переноской, начала кровнить. Всё было бесполезно. Меня не подпускали, но странно, что и не выгоняли из пещеры. Скажите пожалуйста, какое милосердие! 
- Да что же, мать вашу, вы тупые такие?!
Я подошёл к костру, вытащил палкой- костылём пылающий уголь и остудил в снегу.  Всё племя округлёнными глазами смотрело на меня. Я подошёл к стене и перед Оо, выставишим снова на меня копьё, начал рисовать. Нарисовал костёр с поднимающимся вверх дымом. Подумал и произнёс по слогам: «О-го-нь!» Услышав знакомые звуки Оо насторожился и воскликнул: «О-го!»
- Огонь! -Поправил я его.
Дальше нарисовал себя в очках, улыбнулся, вспомнив фразу: палка, палка, огуречик, вот и вышел человечек.
-Ру! -  Ударил я себя кулаком в грудь.
В мою руку на рисунке я вложил руку обнажённой пузатой женщины. Ну точно порнография!
-Им!-  Показал я пальцем на беременную.
Дальше нарисовал двух маленьких человечков, взявшихся с нами за руки и огромного безглазого страшилу.
-Ху?- удивилась Мо. 
- Ху!- радостно воскликнул я. Нарисовал Уу, стоящего с костылём, и перемотанной ногой, Хо, держащего на руках раненого Ге, Оо с копьём…
 -«Оо!» - сказал я и протянул ему руку. От меня не отстранились, значит мир. Я вздохнул с облегчением и прошёл за бинтами. За моей спиной раздался шорох, а затем страшный вой. Я обернулся и увидел бледного Гу, мечущегося по пещере, трясущего рукой. Пахло копчёным мясом. Господи, боже мой! Я забыл нарисовать его на стене и он полез в костёр за углём! Но как бы там ни было, все начинали  несмело подходить к огню, заворожённо глядели на языки пламени, вздрагивали от приятного тепла, ласкающего грубые волосатые тела.
- Бинты я постирал, а воду-то  как менять? Ох, дурья бестолковая башка, а ещё был главным инженером конструктором!-  Эта мысль просто ошарашила меня. Оказалось, что я уже привык к этой жизни, а всё , что было, представлялось далёкой сказкой.
Вычёрпывать, кровяное , гнойное месиво рукой было не удобно. Сколотые края моей чаши ранили руку, причиняя нестерпимую боль.
Да, пока я отстираю как положено бинты руку до кости сотру. И тут меня осенило. Кости! Первый раз выйдя из пещеры я увидел огромный сугроб с костями! Неужели там не найдётся небольшой черепушки? Ей , как ковшиком, вычерпаю всю воду! Я хотел бежать к сугробу, но получилось только плестись, ноги опять сильно заныли.
Ища подходящую черепушку, с неимоверным трудом вытаскивал огромные, смёрзшиеся кости. Хорошо, что теперь было где согреть руки. Господи, сколько костей!  Вот, наконец, нашел подходящий череп. Зубастый, сволочь! Наверное только так мясо жрал, даже косточек  не оставляя. Наверное предок собаки.
- Так я бульон могу сделать!!! Костный бульон!!!
     Вечер я провёл в хозяйственных хлопотах. Перевязал Ге, освободил одну ногу Уу, поставил его на костыль, за что получил всеобщее одобрение. Восторженный Ху, всё показывал пальцем на изображённого на стене хромого и радостно переводил  на товарища.
-  Уу! Уу! - Говорил он и глаза его блестели детской радостью. А я взял уголёк и подрисовал на стене Гу, держащего себя за обожжёную руку.
      Утро начал с углубления каменного котла. Самочувствие было не очень хорошим, навалилась слабость. Наверное заболел, а может от голода. Третий день без пищи. Подошёл Ху, и ткнул меня в плечо- мол чего делаешь. Я нарисовал на притоптанном снегу то, что хочу получить. Он отстранил меня и сам принялся за работу. А я поплёлся за дровами. Мастерство моего помощника не имело границ. То что я бы делал целую неделю, у него ,с его звериной силой и настойчивостью, получилось закончить к вечеру. Я натаскал в котёл костей, снега, положил сверху ветки и накрыл шкурой. В эту ночь я не пошёл в пещеру, а сидел поддерживая огонь.
     Удивительная выдалась ночь! Луны не было, в небе горели яркие звёзды, среди ледяной тишины весело потрескивал огонь, бросая вызов холодному первобытному миру. Какая- то неземная печаль, тревожила моё измученное сознание. Как будто и не было радости от победы над стихией, ни одна надежда не закрадывалась в мою душу. Пустота. Ледяная пустота , подогреваемая светом костра.
Подошёл Ху.
- Чего не спишь,  ночь на дворе.
-О-го-ии! -  Ответил он и сел рядом.
- Смотри, Ху, вот в твоих руках самая мощная и безжалостная стихия- огонь!
- О-го-ии!
- Никогда, слышишь, никогда не считай себя её властелином. Сегодня, дав жизнь, она завтра может унести не пощадив всё что ты любишь, бережёшь, всё на что надеешься. Не будет ничего: ни тебя, ни твоих детей, не деревьев, давших ему первую силу, камень превратится в невидимый порошок и небо перестанет быть голубым. Не будет неба! Только холодные бесчувственные звёзды будут глядеть, на то что было прекрасным миром. Что-бы ни случилось, не направляй силы этой стихии, против ближнего, как бы ты его ни ненавидел. Не используй её дар напрасно, потакая ненужным желаниям, ибо не твоей силой питается мощь его, а силой великой природы, которая истощается с каждой искрой его. Эх, Ху, можешь ли ты понять меня?
- «О-го-ии!»- пробормотал мой молчаливый собеседник.
      Кушать подано! На рассвете я начал расталкивать заспавшихся от непривычного тепла дикарей. Вот хитрые! Все спали у входа, никто вглубь не забрался. Смекнули, что такое комфорт. В общем не пещера, а гостиница, пока с одной звездой, но всё же.  И похоже эта звезда - я .Запах с улицы заставил всех заволноваться. Я принёс черепушку, наполненную до глазных дуг бульоном и начал восторженно, причмокивать, отхлёбывая тёплую, наваристую жидкость. Предложил её Ху, как главному помощнику по ночной кухне. Бедный, он тянулся губами к ароматной жидкости, а нос не давал к ней прикоснуться. Комедия да и только. Я позвал знаками всех за собой , и  у котла костяной кубок пошёл по кругу. А далее был самый главный сюрприз- достав из каменной чаши горячую кость, я раздробил её, достав костный мозг. Ну, братцы кролики, при таком запасе костей голод вам добрых два года грозить не будет!
     Всё , можно было спать, чем я с удовольствием и занялся. Согретый тёплым бульоном, первый раз за всё время уснул без злополучной дрожи.

  Лена и профессор приходили в себя, перед глазами плыли синие круги, шума адской- машины не было слышно. «Что это было?»- спросила шёпотом «богиня».
- Энергия вернулась назад, значит мысль была верной. Но где мои зеркала? Вообще ничего нет! Да такого быть не может!
- Быть не может этой ужасной машины , которую ты сотворил.
-  Значит просто луч не может так долго находится в фокусе. А энергия вернулась! Нужно просто придумать , как её навести на объект!
-Папа, сколько ты отдал за эти зеркала?
- Каретки с реечной передачей! Частотный преобразователь задаст нужные обороты толкающему шестерни двигателю!
- Ты меня слышишь? Из чего твои зеркала? Сколько ты за них отдал? Какие шестерни? Где ты деньги возьмёшь?
- Что?
- Папа, ты с ума сошёл.
- Нет, нет, Леночка! Мы вернём этого бедолагу назад , хочет он того или нет!

      Каждое утро  профессор уходил ни свет ни заря.  Возвращался домой ближе к  полуночи. Лена всегда вскакивала и бежала его встречать.
- Ну, что ты ,егоза? Где шлёпанцы? Ведь простудишься!
- Опять ты пропадаешь незнамо где. Совсем осунулся. Вот была бы здесь мама, она бы устроила тебе выволочку! Иди на кухню, сейчас всё разогрею.
     Удивительно, но у профессора стало уже традиций во время еды расспрашивать про дикаря в сфере.
- И что, совсем тебя не слышит?
- Совсем!
- Да, бедолага… А находчивый чёрт!
     Многое оставалось за кадром. Лена ходила за продуктами, на перевязки, а произвести запись не получалось. Камера засвечивалась и всё тут. Благо редкие звуки оставались записанными. С перевязки Лена возвращалась весьма счастливая- подъезжал роскошный внедорожник, и из него на зависть и пересуды всех соседей .выходила она, с новой повязкой и сияющими глазами.  Заходила улыбаясь в комнату, прокручивала запись.
- Я дьявол!!! Этот ад теперь мой!!!
Улыбка сходила со счастливого лица.
       Прошла почти неделя. Четверо грузчиков под вечер втащили в квартиру ящик, еле-еле  пролезший в дверной проём. За ними , сияя , вошёл Александр Георгиевич.
- Вот сюда, на стол. Вуаля!!!  Молодцы , ребята!
- Как наш подопечный?
- Совсем плохой. Мне кажется мы опоздали.
- Ничего , Леночка, утро вечера мудренее, бог не выдаст свинья не съест! До утра постараемся всё настроить.
- Пап, а где ты деньги взял, почему зеркала такие дорогие?
- Платина, дочка это тебе не серебро.
Профессор немного задумался и продолжил: «А деньги друг дал».


- Ру, ы и-ии  е-а-э! Ы о-э ыы! Слышал я заклинания .
- Ру, ы и-ии  е-а-э! Ы о-э ыы!
На что же это похоже?
Сам начинал твердить бессвязные слоги и в голове начало проясняться: «Ру, ты дикий человек, ты должен жить! Я открыл глаза, пере до мной сидела Мо и повторяла свои первобытные исковерканные, первые слова. Вытирая руками заплаканные глаза.
 Я огляделся- Уу уже не было в пещере, Ге зубами пытался развязать присохшие бинты, значит теперь точно пойдёт на поправку. В моих ногах под обмотками была хвойная кашица, это я понял по запаху, но выше обмоток пошли красно-фиалетовые  пятна. «Гангрена»- подумал я без страха и отчаяния. Мне было всё равно. Закрыл глаза и провалился в забытьё.
      Ярко светило солнце. Я открыл глаза. Тело было слабым, но у меня появилось желание встать.  Не так ли перед смертью встают измученные болезнью обречённые  на небытие? Я поднялся и , шатаясь, пошёл под тёплый свет. Дети бегали  друг за другом, Им стояла недалеко от обрыва, мало ли, разыграются и заберут туда ,куда совсем не нужно. Вообще не глупые ребята, мои дикие! Тыл закрыт скалой, не подберёшься, справа обрыв, а вниз и в лево, сил хватит отбить атаку неприятеля. Стратеги, блин. Мужчины копались в куче костей, наводя порядок. Хотел подойти к ним, но потом передумал и на половине пути развернулся к Им. Матерь божья! На неё, припадая на лапу, летело саблезубое чудовище, в зоне лопатки у него таращился обломок копья! Копья Ге! Мои кровавые следы в лесу! Он ,раненый ,пришёл по ним за раненой добычей!  Собрав все силы я бросился наперерез. И в тот момент, когда хищная когтистая лапа уже догоняла Им, на её пути встал я. Коготь вскользь прочертил мне лицо с права налево и воткнулся под ключицу. Я остро почувствовал, как прорвав кожу он вышел сзади лопатки. В тот же миг я был придавлен к земле. Огромная морда, уже была готова перегрызть мне горло, но я , опередив  её тычком навстречу, вдавил большой палец в хищный, жёлтый глаз! Что то хрустнуло!  Зверь дико зарычал. Слева слышались крики приближающейся помощи. Тигр , зашипев,  инстинктивно, но дезориентированно, видно я его всё таки достал, прыгнул в направлении противоположном приближающемуся шуму. И потащив меня ,как рыбу на крючке, за собой , свалился с обрыва. Время замедлило свой ход. Левым, не залитым кровью глазом, я успел увидеть , как солнце, доброе и ослепительно яркое, осветило меня , как будто прощаясь, дарящим всему живому жизнь ,светом.

 Что есть человечность? Непростой вопрос. С самого рождения мы возвысили себя до ранга человека- вершины мироздания. И с вышины гордыни перестали замечать весь мир, над которым мы встали, на который мы встали грязными ногами. Но кто более человечен:  дикий зверь- волчица , которая погибнет в неравной схватке, защищая детёнышей, или некоторые великие творения прогресса, бросающие родившихся, беспомощных крошек, в лучшем случае , оставляя их в роддоме, а в худшем… Сдаются беспомощные старики в безрадостные дома доживания , ведь кто -то  хочет жить для себя любимых. Это человечность?  Высшее божье создание отбирает у любящего, посвятившего для неё жизнь , мужчины, оказавшимся в неимоверно сложной жизненной ситуации , всё, оставляя его на произвол судьбы, а  грубая, звероподобная тварь делится последним куском пищи с потерпевшим несчастье. Не от того ли на подсознательном уровне, в критической ситуации, рождается выбор естественный и единственно правильный. Не просто выбор- инстинкт.  Её высочество, цивилизация, в стремлении поднять мысль над сущностью, начала стремительно терять, то, что позволило первому человеку выжить в суровом мире, создать алфавит музыки, красоту слова, ясный взгляд живописи. Как- будто между чашечками аптечных весов человек карабкался вверх, превозмогая свой вес, и дойдя до середины, легко продолжил путь, без усилий, без надрыва, уже подгоняемый своей тяжестью , только не заметил, что весы склонились, что весь багаж знаний и открытий  помогает, ускоряет его движение. Движение в бездну…