В колхозном аульском клубе

Живём пока в колхозном клубе.
Он новый. Хоть и сдан давно.
К нему ещё никак не ходят.
И даже, посмотреть кино.
Всё ново. Ново. Не привычно.
Всё больше люди по домам.
Такая жизнь была обычной.
И это как-то странно нам.
Но в монастырь устав не носят.
Там свой Устав. От века в век.
И как обычай того просит.
Так и свершает человек.

На сцене явно пианино.
На тумбочке аккордеон.
За шторою из габардина,
Посеребрённый саксофон.
Присел. А вид у клавиш весел.
Взял самый простенький аккорд.
Володя саксофон навесил.
Чуть выдвигается вперёд.
И Дима, что играл в оркестре
На всех танцульках, как всегда.
На плечи «музыку» навесил.
И началась у нас  игра.

Сначала нечто вроде вальса.
Потом повеселей пошло.
Фокстроты, румбы, шейки, польки.
Потом на буги понесло.
Резвится молодёжь на сцене.
И в зале вертятся тела.
Меж кресел, что стоят рядами.
Такая карусель пошла.

А зал тихонько наполнялся.
Народ как раз с работы шёл.
Сначала кто и посмеялся.
Но не кривился. Не ушёл.
И когда мы остановились.
От страсти остудить чтоб дух
Все люди сразу оживились.
Свое напели нам на слух.
А Дима на аккордеоне
Лезгинку ловко заиграл.
Зал призадумался немного
И дружно Диму поддержал.
Теперь танцоры сплошь адыги.
Такие вертят кренделя.
Что нам не снилось и в помине.
Не польки еньки тра ля ля.
И дамы плавно так проносят.
В фуфайках ладные тела.
Ах, гены. Гены танца просят.
На уровне души дела.
Уже и вечер. Засмеркалось.
Пора к хозяйству. По домам.
И долго всем рукоплескалось.
А больше всех. Досталось нам.

С тех пор жизнь клуба оживилась.
Не стали люди обходить.
Начальство тоже потрудилось.
Вот так случилось возбудить.

Протоиерей Игорь Бобриков
01 марта 2026 г.