Божественная Комедия Данте Рай Песнь 14

Вода в сосуде ходит по кругам,
От середины катится к краям
Так разум мой кружился в этот час,
Когда Фомы умолк великий глас.
И Беатриче молвила тогда,
Чтоб истина сияла как звезда:
«Он хочет знать, хоть в мыслях и дрожит,
Какой секрет свечение таит.
Скажите, свет, что души окружил,
Останется ли с вами полным сил?
И если да, то в будущие дни
Не ослепят ли глаз его огни?»
Как хор в восторге начинает петь,
И в танце радость может закипеть,
Так души светлые ускорят бег,
Чтоб тайну эту понял человек.
Зачем скорбеть, когда приходит сон?
Ведь в райский сад тебя уносит он.
О человек, ты плачешь в смертный час,
Не слыша в небесах зовущий глас.
А там, вдали, сияет вечный свет,
Где боли нет и где печали нет.
Звучит мотив, не зная берегов,
Как сладкий хор из глубины веков.
И в самом ярком пламени огня
Рождается заря иного дня.
Пока горит любви святой пожар,
Мы принимаем этот светлый дар.
И в новом теле обретая плоть,
Мы сможем страх и горе побороть.
Единство трёх миров звучит вдали,
Стирая все страдания земли.
И льётся дождь, смывая груз веков,
Освобождая душу от оков.
Чем ярче в сердце вспыхнет этот жар,
Тем больше ты оценишь высший дар.
Когда вернёшься в плоть свою опять,
Ты сможешь тайну вечности понять.
Умножит время наш великий свет,
Что был дарован нам на много лет.
Мы сможем ясно истину узреть,
И в этом свете радостно гореть.
Когда огонь охватит всё вокруг,
Замкнётся в небе бесконечный круг.
Как уголь в жарком пламени костра,
Сияет ярко с самого утра,
Так наша плоть восстанет из земли,
Чтоб мы покой навеки обрели.
И хор ответит дружно в небесах,
Забыв про боль и первобытный страх.
Мы вспомним всех, кто дорог и любим,
И светлый мир для предков сохраним.
Отцы и матери восстанут вновь,
И миром будет править лишь любовь.
Мы станем ярче, чем звезда в ночи,
Как пламя жаркой, трепетной свечи.
И наше тело обретёт покой,
Умывшись чистой, ледяной водой.
Единый хор споёт благой завет,
Встречая новый, радостный рассвет.
Зажглись огни в космической дали,
Мы оторвались от родной земли.
И словно утром ясная заря,
Взошла звезда, величием горя.
Как искры в наступающей ночи,
Мелькали душ прекрасные лучи.
Они сплетались в сказочный венок,
Я отвести своих очей не мог.
Любви святой стремительный каскад
Ослеп на время мой усталый взгляд.
Но спутница была так хороша,
Что замерла от радости душа.
Я описать всё это не берусь,
Ушла из сердца вековая грусть.
Когда окреп мой разум и прозрел,
Я понял, что достигнут наш предел.
Мы оказались в царстве доброты,
Среди небесной, чистой красоты.
И зарево пылало всё сильней,
В улыбке светлой спутницы моей.
Я возносил Творцу благодаренье,
Словами, что понятны всем вокруг,
За это долгожданное мгновенье,
За этот новый, неизвестный круг.
И не успел мой пыл души остыть,
Как понял я, что Небо благосклонно.
Готовый тайны вечности открыть,
Мой дух парил легко и окрылённо.
Вдруг алым светом вспыхнули лучи,
Прекрасны, ярки, предо мной сияя.
«О Гелиос, как этот блеск звучит!» -
Так я вскричал, от страха замирая.
Как звёздный луг, что из светил сплетён,
Мерцает между полюсов Вселенной,
Где самый мудрый ложью ослеплён,
Там суд людской становится мгновенным.
Так в крест слились в пространстве Марса там
Те два луча из звёздных ожерелий.
Подобно древним, огненным вратам,
Что ярче всех известных акварелей.
Но разум мой пред этим чудом пал,
Ведь в том кресте сиял сам лик Христа.
Я слов таких вовеки не искал,
И речь была нелепа и проста.
Но кто, взяв крест, идёт вослед Христа,
Тот мне простит неловкость этих строк,
И свет прольётся с чистого листа,
Когда познает вечности урок.
Меж двух ветвей, с главы до основанья,
Светилось  и искрилось всё сильней
В миг встречи их и в миг их пролетанья,
Среди бескрайних, огненных морей,
В тени густой, спасающей от зноя,
Кружилась пыль, сплетаясь в хоровод,
Я видел луч, не знающий покоя.
Стремясь умчаться в синий небосвод.
Как на гитаре струны запоют,
Создав в сердцах гармонию, уют.
Ещё мотива нет, но звук пленяет,
И душу он незримо окрыляет.
А там, вдали, где звёзды сплетены,
Я слышал глас небесной глубины.
Великий гимн без слов летел ко мне,
Рождая свет в безмолвной вышине.
Хвалебный зов пронзил ночную тьму,
Я внял душой призыву одному.
Слова летели: «Встань и победи!»
И страх исчез, растаял позади.
Та песня сердце в цепи заковала,
И жизнь моя совсем иною стала.
Я никого доныне не встречал,
Кто б так меня надеждой окрылял.
Прости мне дерзость этих громких слов,
Я сбросил тяжесть тягостных оков.
Забыл я тех, кем раньше восхищался,
К кому душой когда-то устремлялся.
Мы возносились к светлым небесам,
К живым печатям, к вечным чудесам.
И если я не поднял ясных глаз,
То в этом скрыт мой искренний рассказ.
Оправдан я, вина моя снята,
В моих речах сияет правота.
Желанье видеть свет во мне не спит,
Чем выше он, тем ярче он горит.