Хроники Алиадда. Глава 2

Глава 2. Дорога на Златолесье


 Под копытами коней захрустели ветки, какие набрасывало на дорогу редкими порывами ветра. Всадники погрузились в пучину игры света и тени, и все стало говорить о том, что они въехали в самую чащу Малого Леса. Густые заросли были весьма красивы: могучие дубы, тонкие березки и изумрудного цвета ковры мхов, что тянулись у подножия многочисленных грибов и кустарников, говорили о подлинном богатстве этого места.

— Какая густота! — восхищался один из рыцарей. — Должно быть, она шла на руку вам во время Великой Войны… А, господин Корчмарь?

— Лес сыграл немалую роль, — отвечал Ардар. — Нам всегда помогала наша земля. Она нас вскармливала в мирные дни, а во времена невзгод помогала обороняться от захватчиков. Эльфы трепетали перед этим местом. О, Господь! Бесконечные засады лучников, ловушки. Целые подразделения остроухих сгинули в этих лесах и оврагах. Им так и не удалось пробиться к Эйдлору напрямую. Пришлось обходить Малый Лес со стороны Королевской Долины, а это так растянуло их тыловое снабжение, что нам с лихвой хватило времени, чтобы подготовить столицу к обороне. К сожалению, леса эти помнят и нашу кровь…

— Так вы и столицу обороняли? — поинтересовался уже другой рыцарь.

— Именно так, благородный сир, — говорил корчмарь с долей гордости, воспоминая свою ратную юность. — Бился там бок о бок с Роналдом Аддэрли, дедом нашего нынешнего эрд-регента.

— Ну-с, Роналд Второй славу семьи Аддэрли приумножает, — молвил один из рыцарей. — Каков был его дед?

— Уверяю вас, сир. Внук достоин деда. Люди чести и дела. Таких королей нам не хватает, господа рыцари. А что же вы? — вдруг произнес Ардар.

— А что мы? — спросил Болдан Скварт.

Корчмарь продолжил:

— О моей жизни и работе вы узнали. Уважьте уж и вы старика. Поведайте о ваших ратных подвигах. От дел мирских вы далеки. А барды в песнях сказывают такое, что невольно дух захватывает.

Рыцари переглянулись.

— О делах наших вы вскоре узнаете, — сказал Болдан Скварт. — Но, если на вскидку… Аксель, — он обратился к одному из своих соратников. — Какое у тебя было намедни задание?

Молодой воин улыбнулся.

— Старое кладбище у Северного Леса, — сказал он. — В полнолуние кишмя кишело навьями-могильщиками. Вроде бы ничего такого, но захороненные возвращались в свои дома и пожирали кого встретят. Некромант какой-то баловался там.

— И что же вы?.. — с ужасом и интересом спрашивал корчмарь.

— Как что!? — восклицал молодой рыцарь. — Оцепил кладбище кругом из соли, а в полночь зарубил всех упырей. Пришлось, правда, повозиться с некромантом. Но поутру уже сжигал его тело. — Ардар впал слегка в оцепенение. — Чтоб не вернулся больше! — рыцарь вновь заулыбался красивой широкой улыбкой.

— Вас насторожил его рассказ или вы озябли? — посмотрев на Ардара, спросил Болдан Скварт. — Господин корчмарь?

— Озябнешь тут… — поправляя на себе теплый плащ, отвечал Ардар. — От ваших слов кровь стынет в жилах старого солдата. Все наши битвы меркнут перед такой службой.

— Каждому свое, господин корчмарь. Каждому свое, — заключал Болдан Скварт. — Вы от мира сего, мы нет. Но делай то, что должно, и будь, что будет. Все по воле Его. — после этих слов рыцари осенили себя знаменем, которым осеняли себя в храмах Абсолюта жрецы и прихожане: ладонь поднималась слегка вверх, и рука шла полудугой в направлении от сердца к голове и обратно, символизируя единение разума и подлинно чистых чувств, единение Абсолюта и чувствующих творений.

Всадники проехали еще несколько сотен метров и остановились, упершись в преграду — на дороге лежало дерево.

— Завалилось, — произнес один из рыцарей.

Корчмарь же в это время схватился за меч и резко выдал:

— Разбойники!

В это мгновение кусты вокруг них зашелестели и поднялся людской вой.

— Айя! Айя! — доносилось, стремительно приближаясь со всех сторон, гулкое эхо.

Ардар насторожился и обнажил клинок. Рыцари же все были спокойны.

— Выходи, душегубы! — громко крикнул Болдан Скварт. — Не ровен час — себе же в убыток стрелу пустите.

Кусты зашевелились еще сильнее и разошлись: по обеим сторонам дороги показались немногочисленные силуэты. К всадникам приблизилась пара десятков кое-как одетых и так же вооруженных голодранцев.

— Так, так, так, — говорил ехидно один из них, приближаясь самым первым. — Что тут у нас? А! Ну ясно. А мы думали, законники…

Тут же из толпы разбойников донеслось:

— Чего рассусоливаешь, Пахан!? Кончай их и пошли! Гляди, какие доспехи ладные, а лошади и того пуще.

— Сейчас я тебя кончу, Лысый, — злобно и с укоризной произнес стоящий впереди всех. — Ты что, слепой!? Или совсем болван? Это Алые Рыцари, а не пижоны ряженые. Кланяйтесь, собаки! — сурово приказал он следом, и все разбойники приклонили головы.

Болдан Скварт окинул взглядом стоящего перед собой главаря банды и, увидев, что на том надет добрый нагрудник и разноцветные чулки с эмблемой какого-то малоизвестного рода, сказал:

— Пижона, кажется, вы уже порешили. Полагаю, кто-то из Дэ Блуа, графов Златолесья.

— Что вы, сир! — оправдательно воскликнул главарь банды. — Может быть, у этого благородного господина и произошла бы с нами стычка, но только в том случае, если бы он добрался до нас живым. Уверяю вас, мы его не убивали. Нашли ряженого мальчишку в паре верст отсюда. Себе же на беду…

— Подробности, — твердо произнес рыцарь.

— Да-да. Это по вашей части, — продолжал главарь. — Мы нашли его уже мертвым, без ноги. Думали, медведь полакомился. Жаль парня… все же такая смерть… Так вот, думали, что он без лошади быть не мог. Должно быть, убежала. Сами понимаете, наш интерес — золото лишним не бывает. Мы пошли по дороге в сторону Златолесья, но вместо желаемого нарвались на чудище. Тварь жрала лошадь бедолаги. Не многие из нас успели убежать…

— Сколько вас было?

— Сорок человек, господин рыцарь. Половина уцелела, — с печалью отвечал разбойник.

— Сколько вы успели пройти, прежде чем встретить чудище?

— Немного. Может, версты полторы — две… Там уже начинал лес болеть.

— Ясно, — произнес Болдан Скварт. — Но здесь вам тоже делать нечего. Убирайте дерево, и чтобы я вас тут больше не видел. Иначе в следующий раз лес навестит местный сотник.

— Как скажете, — обмолвился главарь банды и сделал жест рукой, указав своим подчиненным, чтобы те убрали с дороги преграду. Разбойники послушно подошли к заваленному стволу и оттащили его в сторону. — Путь свободен, господа рыцари, — заключил главарь. — Расходимся! — громко сказал он, следом указав рукой жест, какой призывал всех бандитов скрыться в чаще.

— Да чтоб мне пусто было, Пахан! — крикнул тот из разбойников, который призывал убить рыцарей. — Я не стану подчиняться глупцу, который верит в дурацкие сказки. Сукины дети специально придумали этот бред, чтоб их никто не трогал. Отойди, Пахан!

Бандит обнажил клинок и кинулся к Болдану Скварту, но стоило ему приблизиться в своем рывке на пару шагов, как тут же его меч в гулком звоне схлестнулся с мечом главаря банды. Главарь сделал движение и выбил оружие из рук подчиненного, следом нанеся ему кулаком сокрушительный удар в челюсть. Разбойник рухнул на землю и от боли схватился за рот. Сквозь пальцы проступала кровь.

— Пес смердящий! — воскликнул главарь. — Тебе мое слово уже не указ?.. — лежачий на земле бандит смотрел бешеными глазами. — Кончай суку, парни. С ним мы каши не сварим.

Стоящие подле них разбойники обнажили ножи и, подняв лежачего под руки, потащили его в кусты.

— Пахан, да я пошутил… — растерянно бормотал бандит. — Я же пошутил, Пахан! — кричал он уже надрывая связки, когда его затаскивали в кусты.

— Дошутился, — холодно ответил главарь банды.

— Пахан! — надрывно крикнул из-за кустов бандит, но тут же раздался режущий звук и послышалось хриплое хлюпанье.

Главарь переглянулся с всадниками и сказал:

— Дисциплина. Без нее никуда. Ну-с, — добавил он следом, убирая меч в ножны. — Прощевайте, господа рыцари.

Он поднял меч убитого разбойника и скрылся в кустах, следом за ним скрылись и остатки банды. Буквально через мгновение не осталось ни следа, ни звука их присутствия поблизости.

Ардар тяжело выдохнул и, убрав свой меч, так же тяжело опустил на выдохе голову.

— Пронесло… — промолвил он.

— Да! — выдал молодой рыцарь. — Как после грибов, — он переглянулся с братьями и захохотал.

— Не обижайтесь на него, — Болдан Скварт обратился к Ардару. — Юнец еще. Но в любом случае, — продолжал он. — Они бы нас не тронули. А вот почему ваш сотник не выполняет своих обязанностей и не прочесывает лес — это вопрос насущный. Ведь эти головорезы за милую душу прибьют кого угодно. Лишь бы чем поживиться.

— Сотник наш уже давно сам главный разбойник. «Не на кого нам уповать, как только на высшие силы», — сказал корчмарь.

— Как это понимать? — вопрошал рыцарь.

— А так и понимайте, сударь, — отвечал Ардар. — Они тут грабят, убивают, а у сотника нашего то и дело добро прибавляется. То украшения мастеров Стальградских, то шубы Вайлторнские… И никто ему даже слова не скажет. А как сказать? Законник! Да еще сотня стражников в подчинении. Кто смелый языком болтнет, тот мигом в темнице окажется или вообще в петле. И вы не думайте, что это у одних нас такое безобразие творится. Через корчму нашу народу много проходит: везде жалуются на поборы, да на прочие бесчинства сотников. Да и не только сотников. Уже и рядовые законники совесть потеряли.

— Да уж, — выдал Болдан Скварт. — Тяжело нашему брату, как никогда раньше. Надо будет магистру ордена доложить, как вернемся. Он при дворе бывает, может, переговорит с Верховным Рыцарем, чтоб прекратил этот произвол. А то, правда… когда себя служители закона выше самого закона ставят, то это признак недуга.

— Истина, — утвердительно сказал корчмарь. — Ну что? Продолжим путь? Там сейчас будет развилка, поезжайте за мной и не теряйтесь.

— Ведите, господин корчмарь, — сказал Болдан Скварт, и всадники, дернув поводья, помчались дальше.

Они проехали несколько верст по узким дорожкам, пока наконец не выехали на окраины Малого Леса. Здесь густые леса сменялись просторными порослями могучих древ, которые кронами, казалось, возвышались до неба. На этих уже больше солнечных, нежели тенистых, просторах всадники обнаружили тело того самого юного господина, нагрудник и чулки которого красовались на главаре разбойников.

Юноша лежал на земле почти голый, лицом вниз. У него не было одной ноги, другая в сапоге неестественно торчала рядом, будто кто-то силой хотел стащить обувь, но этого так и не получилось. На его туловище лежала изорванная и вся окровавленная шелковая рубаха, какую себе мог позволить даже не всякий знатный человек. Тело его уже сильно распухло, а над ним роем кружились мухи.

— Смердит-то как… — сказал один из рыцарей, едва ли всадники приблизились к месту трагедии.

Болдан Скварт тут же спешился и поспешил осмотреть тело.

— Привал, — скомандовал он, и остальные рыцари также спешились. — Осмотритесь тут, — проговорил он следом.

Рыцари разбрелись по поляне, а Болдан Скварт и Ардар, отогнав мух, склонившись над телом, начали внимательно рассматривать его.

— Что скажете, господин рыцарь? — проговорил корчмарь, слегка прикрывая нос и морщась от невыносимого запаха.

— Скажу вот что, — отвечал рыцарь. — Лежит он тут уже сутки, не меньше. Вон как разнесло. Нога, судя по характеру повреждения, была оторвана чудищем. Но оно его не убило.

— Не убило!? — удивился корчмарь.

— Да. Он лишился ноги, но, видимо, успел воткнуть меч в Лихо прежде, чем оно попыталось откусить от него кусок.

— Но как вы это поняли? — вновь удивленно вопрошал Ардар.

— На главаре душегубов было все, что он смог снять толкового с этого барчука. А меча при нем хорошего не было; то, чем он светил там, на клинок благородного господина ничуть не похоже, стало быть, хорошего меча тут не было, а ножны-то вот они, — рыцарь указал на богато украшенный орнаментом чехол для оружия. — Да и кроме ноги, на теле травм нет, — продолжал он. — Лихо бы его съело полностью. Из этого и выходит, что меч остался в чудище.

— Значит, он истек кровью.

— Именно так, господин корчмарь, — заключил Болдан Скварт, поднимаясь над телом.

Тут же к нему подбежал один из соратников.

— Мы нашли следы… — сказал он. — Лошадиные и не только, в двухстах метрах отсюда. Уходят на север.

— В сторону Златолесья, — пробормотал Ардар.

— Хорошо! — обрадовался Болдан. — Лошадей оставим здесь. Дальше пойдем пешими. Аксель, — он обратился к стоящему подле него молодому рыцарю. — Разобьешь лагерь. Будешь ждать нас тут вместе с господином Ардаром, — корчмарь непонимающе взглянул на рыцаря. — Мы нашли то, что искали. Дальше вам не стоит идти, — Болдан начал отходить от Ардара и молодого рыцаря к остальным соратникам. — Теперь началась наша работа, — закончил он речь, и группа из девяти закованных в алые доспехи воинов поспешила отправиться в путь.

— Я хочу пойти с вами! — крикнул Аксель с негодованием Болдану.

Сам же бывалый рыцарь лишь ненадолго повернувшись, ответил:

— Ты еще слишком неопытен для такой битвы. К тому же кто-то должен постеречь наших скакунов и составить компанию господину корчмарю, — молодой рыцарь, опечалившись, слегка опустил голову. Но Болдан, подойдя, похлопал его по плечу и добавил: — Тыл в нашем деле важнее поля брани — чем он надежнее, тем успешнее будет наша работа. Неси эту службу с честью. Если что, ты знаешь, как действовать.

Закончив речь, он стремительно удалился, и все рыцари вскоре скрылись из виду. Ардар и Аксель остались одни.

Прошло уже много часов с тех пор, как лошади были привязаны, барчук закопан, а молодой рыцарь и старый корчмарь сидели возле сложенного кучкой хвороста. Солнце клонилось к закату, и со всех сторон сладкой свежестью накатывали сумрак и холод. На небосводе показалось три луны: большая — в треть небесного купола, и две малых, одна из которых была расколота, словно орех с толстой скорлупой, куски какового кружили подле плохо сохранившейся оболочки.

— Пожалуй, пора, — немного поежившись от холода, сказал Аксель и, взяв несколько палок хвороста, сложил их аккуратным шалашом. Следом он занес над ними руки и умиротворенно закрыл глаза.

Ардар, видя это, сильно удивился и тихонько спросил его:

— А что вы делаете? Там нет ни одной искры…

Рыцарь улыбнулся и, продолжая держать руки в том же положении, ответил:

— Не подумайте ничего дурного, — он вновь с тем же умиротворением прикрыл глаза и следом прошептал: — Отец, яви силу твою…

Тут же хворост начал дымиться и вскоре моментально вспыхнул. Испугавшись, корчмарь отпрянул в сторону от рыцаря и костра.

— Колдовство! — восклицал он.

— Нет, господин корчмарь, — пояснял молодой рыцарь. — Ничуть. Колдун творит все от себя. А я ничего от себя не делал. Я лишь попросил об этом у Абсолюта.

— Диво! — с диким удивлением продолжал восклицать Ардар.

— Сам дивлюсь, — подбрасывая еще хвороста в огонь, говорил Аксель. — Многие братья годами держат монашеский пост, но их просьбы не имеют ответа. А я совсем юный и не скажу, что аскет, но мне отвечает часто. Это, правда, удивительно!

— Немыслимо…

— Как и все его пути, — заключал молодой рыцарь, счастливыми глазами поглядывая в небо.

— Интересно, интересно… — бормотал корчмарь, почесывая бороду. — А если пива попросить?

Аксель засмеялся.

— Эта просьба навряд ли получит ответ, — сказал он.

— Действительно немыслимо, — удивленно и огорченно на тяжелом выдохе сказал Ардар.

Некоторое время спустя сумрак стал еще гуще. Лес погружался в ночь.

— Смеркается, — сказал Ардар невзначай, пошевелив угли в костре. — Может, не нагнали эту штуку? — спросил он у молодого рыцаря.

— Нагнали, нагнали! — уверенно отвечал Аксель. — Лихо всегда делает себе гнездо и всегда возвращается в него после охоты, — пояснял он. — А гнездо то отыскать легче легкого. Чем ближе к нему, тем сильнее болеет лес, в конце концов рядом с ним все деревья будут погибшими, а земля — поросшая вонючими поганками. Даже ручьи в таких местах становятся потоками болотной воды. Ни с чем не спутаешь.

— Вы очень эрудированы, господин рыцарь, — заметил корчмарь.

— За все спасибо Ордену. Это при нем меня выучили наукам и нашему бранному делу. Если бы не он, кто знает, где бы я был и кем бы стал… На все воля Абсолюта, — он осенил себя знаменем.

— На все воля его, — добавил корчмарь и так же осенил себя. — Я вот тоже думаю, может, послать к вам сына…

— Служба у нас хорошая, но опасная. Парня тянет к приключениям?

— О! — восклицал Арадар. — Еще как! — он улыбнулся и мило по-стариковски провел рукой по бороде и усам. — Не хочу неволить своего мальчика. Хочу, чтоб жил свободно и счастливо.

— Ну, если потенциал есть, то можно смело к нам. У нас сразу в бой никого не бросают. Сперва годы обучения. И вот, взять хоть пример с меня — не допускают по неопытности к сложной работе. А что до опасностей… Как говорится, кому что написано.

— Это вы правы, Аксель.

— У вас все получится, Ардар, — произнес рыцарь. — Вы все делаете правильно. С таким отцом юноша не пропадет.

— Ну что вы… — засмущался корчмарь.

— Нет-нет, Ардар, правда. Я знаю это, как сирота. Я знаю… — ненадолго в воздухе повисло молчание. Слышалось лишь тресканье хвороста в костре. — Может быть, меда? — оборвав тишину, резко выдал молодой рыцарь.

— С удовольствием, — с чувством умиротворения произнес корчмарь. — Думаете, к утру вернутся? — спросил он, тут же легким движением подбрасывая хворост в огонь.

Идущий к лошадям, что стояли поодаль от них, Аксель, поднимая руку вверх, уверенно сказал:

— Думаю, и раньше. Они уже точно убили Лихо, — он залез в сумы на скакуне и начал искать бурдюк с медовухой. Попутно он непринужденно продолжал говорить: — Теперь тащат по лесу тяжеленую тушу… ну и ладно… а мы сейчас будем вкушать божественный нектар. Есть еще солонина! — крикнул он Ардару. — Вы как к солонине? Не равнодушны?

— Весьма неравнодушен! — отвечал корчмарь.

— Замечательно, — проговорил молодой рыцарь и запустил руку глубоко в суму.

Внезапно лошадь вскричала и начала гарцевать. Аксель отпрянул от нее. Следом встревожились и другие скакуны.

— Ну-ну! — он начал гладить и успокаивать кобыл. — Чего испугались!? Наверное, будет гроза… — крикнул он, обратившись к Ардару.

— Да уж, наверное, — ответил корчмарь и посмотрел на Акселя. — Вы идете? — спросил он следом.

— Да, — ответил молодой рыцарь.

Он сделал шаг от лошадей в сторону и тотчас подлетел в воздух на несколько метров. Лошади также разлетелись в стороны, у многих оторвались привязи, а иные, поломав шеи, замертво тут же рухнули около мощных дубов. Во все стороны разлетелись клубы земли, веток и листьев.

— Аксель! — крикнул Ардар, подорвавшись с места, но молодой рыцарь без сознания обрушился на землю.

Со стороны погибших лошадей, проломив стену чащобы, на встречу корчмарю шло нечто. Огромная тень тяжелой черной тучей, издавая звериный рык, надвигалась на него и лежачего рыцаря. Она уже было нависла над Акселем и потянулась к нему, но Ардар, выхватив свой меч, ринулся на помощь. Он проскочил под тень и со всего размаха ударил по нечту; оно завизжало и отпрянуло от молодого рыцаря. Морок немного рассеялся, и корчмарь увидел трехликое существо с длинными клыками и огромными рогами, которые венчали его голову. Глаза чудища, черные и холодные, как зимняя ночь, блеснули тьмой, и оно, обнажив четыре крыла, воспарило над Ардаром. Издав дикий рев, это существо попыталось наброситься вновь, налетев сверху, как ястреб на полевую мышь, но корчмарь, сделав перекат, вновь нанес удар. Нечто снова завизжало и пустилось в круговой полет, пытаясь закружить Ардара.

Оно было настолько огромным и быстрым, что вокруг корчмаря и рыцаря поднялся столб пыли, в котором носились мелкие камни и ветки. Все покрывала тьма. Корчмарь ничего не видел: глаза забивал поток грязи, вихрь прибивал его к земле. Чудище повторно попыталось налететь, но и в этот раз Ардар, сделав пируэт, отогнал его. Издав дикий крик, оно набросилось с другой стороны.

Ослепленный бешеными потоками, корчмарь пропустил удар, и длинные когти остротой пяти мечей прошлись по его ноге. Он вскрикнул и упал, опершись на одно колено и свой клинок. Кровь ручьем хлынула на землю. Ардар попытался зажать рану рукой, но тут же пропустил новый удар — нечто с силой толкнуло его, и он отлетел в сторону, проехав на спине несколько метров.

Чудище кинулось за ним и, налетев сверху, прижало его мощными лапами к земле. Когти беспощадно врезались в плоть и разрывали ее. Корчмарь попытался потянуться к мечу, который теперь уже валялся на некотором расстоянии от него, но все безуспешно. Кровавые струи и пот покрывали его голову и застилали взор, все внутри него помутилось, и он начал терять сознание.

Внезапно, сквозь звон в ушах, он услышал пронзительный человеческий крик, и боль отступила. Ардар перевернулся и увидел, как во мраке, мелькнув ярким пламенем, плоть существа рассек алый меч; клинок вошел в глубину чудовища и, срубив одно из громадных черных крыл, описал огненный круг, повторно рассекая плоть трехликой бестии. Ее черная кровь бурным потоком излилась на землю, и та, зашипев, начала дымиться.

Существо издало громогласный рык, похожий на раскат грома, и тут же когтистой лапой попыталось отбиться от налетевшего на него молодого рыцаря, но Аксель, отразив удар и описав еще один огненный круг в темноте, обрубил лапу и, сделав следом ловкое движение, вонзил меч в плечо чудовища аккурат под шею, вогнав лезвие так глубоко, что на поверхности осталась лишь гарда. Нечто вновь издало рык, и черная кровь, брызнувшая из-под меча, изливаясь струями на шлем молодого рыцаря, начала плавить алую сталь, но Аксель, несмотря на жуткую боль, продолжал с силой давить на меч, крепко держа его эфес двумя руками.

В это мгновение чудище схватило молодого рыцаря оставшейся лапой, обхватив когтями живот, спину и плечи. Тут же лапа бестии, получив сильный ожог, начала дымиться, ибо таково было чудодейственное свойство алой стали. Это разъярило истекающее кровью существо, и оно, вопреки боли, так же, как и Аксель, из последних сил сделало рывок. С шипением и дымом мощные когти проломили нагрудник молодого рыцаря и устремились в глубину, разрывая кольчужные кольца и плоть — кровь Акселя с пеной вышла через трещины и стыки лат.

Он завопил:

— Ардар! Уходите!

Но придя в чувства и видя безвыходное положение, корчмарь схватил свой меч с земли и бросился на чудище. Он нанес удар со спины и вогнал свой клинок до половины длины лезвия меж позвонков, так что его острие немного вышло с противоположной стороны из груди, в области сердца, но удар был не смертельным — существо, резко развернувшись, приложило Ардара крылом к земле, следом нанеся в область живота удар когтями. Он повалился на землю.

Корчмарь тяжело открыл глаза и попытался перевернуться, чтобы осмотреться, но боль была невыносима — руки держали нутро. Единственное, что он мог сделать, — это повернуть свою голову в сторону, где лежало тело Акселя с обезображенным лицом, вплавленным в бесформенный дымящийся шлем. Под корчмарем же в ту минуту растекалась лужа собственной крови. Ардар ощутил ее как что-то теплое, влажное и липкое. Ему стало неприятно, в ушах появился звон, и он окончательно начал терять сознание, а через мгновение, увидев мельком, как существо принялось грызть тело поверженного рыцаря, потерял сознание вовсе, и ему почудилось, что боль отступила. Пришла тьма.

В наступившей тьме он услышал голоса:

— Сюда! Обходи справа! Окружай! Окружай! Давай! Давай!

Это были остальные члены отряда. Воспрянув духом, корчмарь приподнял отяжелевшие веки и увидел, как в схватку с израненным чудовищем вступили оставшиеся девять рыцарей.

Видел он плохо, глаза слепило кровью и бессилием, но в пространстве, будто бы свет в мутной воде, Ардар различал множество огненных вихрей, какие носились вокруг существа и наносили тому удар за ударом.

Внезапно он услышал сильный хлопок, и рядом с ним упал один из рыцарей, который, приземлившись, более признаков жизни не подавал. Схватка стала еще более ожесточенной. Корчмарь теперь различал лишь беспорядочное движение темного пятна и алых пятен вокруг него. В какой-то момент в борьбе случился перелом — чудовище, обессилив, попыталось улететь, но едва ли оно раскрыло оставшиеся крылья и воспарило, как один из рыцарей схватил его за лапу. Он повис на ней у самых крон деревьев, но прежде чем существо смогло подняться над ветвями, рыцарь пронзил мечом его чрево, и оба они рухнули на землю.

Нечто не погибло. В жуткой агонии оно намеревалось сделать последний рывок. Существо вновь издало рык, но подоспевший Болдан Скварт тут же срубил его голову, которая, отлетев, воткнулась рогами в землю. Намерение было пресечено, а все три лика, залитые черной кровью, померкли.

Почтенный рыцарь оглядел себя и своих пыхтящих от тяжести схватки живых собратьев, а следом и тушу чудища.

— Лесная Гарра!!! — со злобой произнес он и плюнул. — Лесная Гарра!!! — вновь со злобой повторил он. — Во имя всего святого… — процедил он сквозь зубы и, тяжело проведя по лицу рукой, прошептал: — Аксель… Итан… Лиам… Ардар…

— Здесь, — раздался хриплый голос, и рыцари увидели израненного корчмаря. Не мешкая, они подбежали к нему.

— Вы как, господин корчмарь!? — вопрошал его Болдан Скварт.

— Бывало и хуже, — ответил он с кашлем. Со рта бежала красная струйка. — Я там в чем лежу? Кровь? — спросил Ардар следом.

— Кровь, — ответил почтенный рыцарь.

— Хорошо, — корчмарь кисло заулыбался. — А то я думал, что обделался под себя.

После этих слов кислая улыбка перекинулась и на рыцарей. Тем временем Ардар попытался приподняться, но от боли снова опустился к земле.

— Лежите, Ардар, — сказал Болдан Скварт, прихватив рукой голову корчмаря, чтобы тот не ударил ее. — Позвольте осмотреть вашу рану, — Ардар кивнул ему. — Принесите воды, — распорядился почтенный рыцарь, но, разрезав шерстяной дублет, какой теперь был лишь рваным окровавленным тряпьем, добавил: — Много воды.

— Что там, сударь? — вопрошал корчмарь. — Говорите прямо.

— Рана ваша смертельна, — заключил Болдан Скварт. — Нам остается лишь молиться…

— Аксель чудотворно молился при мне. Может, и вы чего сможете? — с надеждой обронил Ардар.

Почтенный рыцарь лишь неутешительно помотал головой.

— Значит, он все же был Чистый Сердцем, — промолвил он. — Я догадывался… И все же простите меня, Ардар. Это не в наших силах… — Болдан печально опустил голову.

— Вот жизнь, — посетовал корчмарь, сделав глоток воды с бурдюка, что принес ему один из рыцарей. — Столько битв прошел… у стен Эддэла, в конце войны мне один остроухий копьем под ребро так саданул знатно, что оно насквозь прошло — и ничего… а умру по итогу в родных лесах, где свой бранный путь и начал, убитый этой… даже не знаю, что это…

— Лесная Гарра, — сказал почтенный рыцарь. — Вам довелось сразиться с очень сильным чудищем. Обычно мы охотимся на него двумя десятками рыцарей, а вы с Акселем справились вдвоем. Все-таки вы больше воин, чем корчмарь, господин Ардар.

— Значит, не Лихо…

— Да, — кивнул задумчиво Болдан. — Не Лихо…

— Хреново, — на тяжелом выдохе и слегка покашливая, выдал корчмарь. — Хреновы ваши дела, господин рыцарь.

— О чем вы!? — с удивлением спросил Болдан Скварт.

— А вы уже и сами догадались, господин старый рыцарь. Только не верите еще, — он подозвал его ближе слабым жестом руки, и тот приклонился к нему вплотную. Шепотом Ардар произнес: — Скажу, как старый солдат: дезинформация — это акт войны. Ваша война уже началась, просто вы еще не поняли этого. — после этих слов почтенный рыцарь глубоко призадумался, но корчмарь тут же прервал его думу. — Расскажите моему сыну… — произнес он уже еле слышным голосом. — Расскажите, как все случилось. И золото… Я знаю, что вы человек чести и не обманите его. Скажите: я люблю его, мы с мамой будем приглядывать за ним…

На этих словах Ардар испустил дух, и глаза его, упираясь в небо, застыли — кристальная синева соприкасалась сама с собой.

Рыцари окружили тело корчмаря и, сняв шлемы, приклонили головы.

— Да прибудет твоя душа с Абсолютом, — закрывая ладонью глаза умершего, проговорил Болдан Скварт. — Как и было от века, — завершил он фразу и поднялся над телом.

— Как и было от века, — в один голос проговорили остальные рыцари, и все осенили себя знамением Абсолюта.

Рыцари погрузились в тишину, но в скором времени Болдан Скварт скомандовал:

— Двэйн, собери бревна, нужно сделать полозья, чтобы перевезти павших. Остальные, отыщите оставшихся лошадей и вытащите Лиама из-под Гарры.

Почтенный рыцарь приблизился к мертвому чудовищу и вместе со всеми попытался перевернуть тушу, чтобы извлечь из-под нее останки собрата. Существо было тяжелым, но с раскачки рыцарям удалось перевернуть его. Перекатившись, оно обнажило закованное в броню тело и три меча, торчащих с разных сторон.

Болдан Скварт с усилием вытащил мечи; в особенности тяжело шел меч корчмаря, его лезвие застряло меж ребер Гарры. Тем не менее он вынул его из туши и распорядился:

— Меч господина Ардара положите ему. Наш меч — в сумку. А этот, — он взглянул на богато украшенный золотом клинок. — Возьму с собой. Будет графине Дэ Блуа утешение.

— А что с тушей? — вопросил один из рыцарей. — В ней пудов триста, не меньше. Или действуем, как всегда?

— Как всегда, — сухо ответил Болдан. — И голову этой бестии заберите.

Вскоре, когда полозья были готовы, рыцари взвалили на них тушу существа, а после аккуратно положили тела павших соратников и Ардара. Закрепив полозья за лошадей, рыцари тронулись в обратный путь.

По многим камням и ухабам трясло полозья, но закоченелые руки корчмаря крепко сжимали рукоять меча королевского гвардейца и на протяжении всего пути почти не дрожали.