Любви дыхание. Из цикла Неизвестные поэты

     Тысячи молодых людей писали стихи в альбомы барышень в 19 веке. Среди них затерялся мелкопоместный дворянин, подписывающий свои творения псевдонимом Любомир Нежный. Возможно, из этих зачатков таланта и выросло нечто выдающееся, но юноша скончался от горячки после неудачной для него дуэли.
     Тем не менее в фамильном архиве рода князей Лужских, заглянуть в который представился мне случай, обнаружилось несколько образцов творчества этого автора, которые почему-то привлекли моё внимание.

    ***
Любви дыхание. Лет двадцать.
Да хоть мгновений … целых пять.
И так, и так не надышаться.
Подобно смерти потерять.

     ***
День унылый и безликий.
Осень в окна слёзы льёт.
Во дворе возня и крики.
Всё известно наперёд
Про заботы, скуку, лица.
Даже в будущую среду.
Вы уехали в столицу.
Ну, а я туда не еду.

     ***
Стыдливой нежности зари
Ланиты. Милая улыбка.
И свет как будто изнутри.
Молчать – бездарная ошибка.
Но я не смею разорвать
Словами ауру истомы
Смотреть, надеяться, страдать.
Ведь мы с тобой едва знакомы.

     ***
Какое блаженство. Немыслимо!
Мы в танце парим над паркетом.
Оркестр вздыхает завистливо,
Но в чудо вплетаясь при этом.
С мрачнее грозы ухажёрами
толпа за полями, степями.
Мы переплетаемся взорами
И нежность кружит вместе с нами.

     ***
Даже в глупости обворожительны,
Даже предав – богиня из грёз
Я покину вас гордый, стремительный.
Ну, а с ним разрешится вопрос.
Пусть фехтую я так себе. Этого
Отменить без потери лица
Невозможно.
Судьбой не пропетого
Мне уже не пройти до конца.
Всё, что было в душе растревожено,
Отступило на край и за грань.
Что ж. Осталось свершить, что положено,
А решит всё всевышнего длань.

     ***
Стоит карета вдалеке.
Тебе моих страданий мало?!
Его клинок в его руке.
А мой? Там, где-то. Не престало
Позориться в глазах любви.
Шагнул вперёд клинку навстречу
За губы нежные твои
За наш неповторимый вечер.
Клинок во мне. Он отступил.
Я мёртв, а он обескуражен.
За то, что я тебя любил,
Любой конец уже не важен.

     Как следует из письма помещика Ерзева дяде покойного, на отпевании присутствовали соседи, два чиновника городской управы, где очень ценили образованного и прекрасно воспитанного коллегу и дворня последнего. 
     Родители и прочие родственники были извещены с опозданием, потому что, в первые дни после дуэли, Дмитрий чувствовал себя относительно неплохо и все надеялись, что он выздоровеет. А потом всё закончилось буквально за пару суток.
     Кити, честно проплакав три дня у постели умирающего, была почти насильно, увезена маман на воды во Францию лечить пошатнувшееся по причине инцидента здоровье, из-за чего на похоронах её не было. Сопровождавший дам невольный убийца поэта, демонстрировал в дороге чудеса такта и предупредительности.