Зазеркалье

«души. зазеркалье».

и пишет же моя душа
все эти стихи.
за то, что их пишу не я,
прошу, меня простить.

я каждый раз не попадаю
за тонкую границу.
одна душа лишь в зазеркалье
моя летит, как жрица.

и только по ночам во мне,
и пишет эти строчки.
я пропадаю в этой мгле, -
как все это порочно…

там, за чертой, что отражает
мечты людей и чувства,
она секунды собирает
и ниточки искусства.

и ты когда-то тоже был
в чистейшем зазеркалье.
со мной ему ты изменил,
прими же наказанье.

и души наши никогда
друг друга там не встретят.
Минерву слушает моя,
твоя склонилась Сету.

и будешь ты теперь смотреть,
с той стороны экрана,
за тем, как я сжигаю сеть,
чтоб не было тумана.

«три дня. зазеркалье».
закончился трехдневный наш закон.
сердца друг друга ныне не нужны.
ты был готов поставить все на кон,
а я поставила бессмертие  души.

и поплатились мы за это страшно, -
сам Дьявол своим пламенем сжигал
с румяных щек твой поцелуй вчерашний,
последний, в вечер тот, и навсегда.

любовь людская любится три года,
а наша пролюбилась лишь три дня.
забудь все, милый, хватит корить Бога,
ты в зазеркалье спал и без меня.

я соберу осколки все безвольно,
в руках они ведь до сих пор дрожат.
прости, что не любила я три года, -
закон бессильным стал спустя три дня…



«три слова. зазеркалье».

ты услышал в зазеркалье
сотни порванных стихов.
что сжигала, прям с тетрадью,
я, чтоб видеть больше снов.

души, сотканные болью,
и глаза, других черней…
не очертишь себя солью,
зря послушал ты чертей.

и местами поменялись,
рокировкой словно мы.
ты - с людьми, а я - с чертями,
только оба мы горим,

в гневном пламени Иисуса, -
он нас адски наказал.
за предательство союза,
и не верность трём словам.

я три дня тебя любила,
ты три дня меня любил.
Боже, что мы сотворили?!
мы нарушили весь мир!

не разбить нам отражение,
нам не выбраться назад.
ты напротив, я в забвении,
утопаю в твоих снах.

и мы будем очень тихо,
в сумерках, в экран шептать:
мне любить тебя - запретно,
        можно.
             лишь.
                тебя.
                желать.




«ожоги. зазеркалье».

я сжигаю эти чувства,
я сжигаю нас с тобой.
нет и не было искусства,
я сжигаю наш покой.

и не бейся в эти стены,
ведь в стеклянном мы аду.
и не вскроешь себе вены,
я, как пленник, говорю.

зря тогда мы подписали
наш предсмертный договор.
зря тогда пошел с чертями
ты, в растаявший собор.

лишь три дня дано нам было
на убийство всей любви,
что внутри у нас горела,
но с тобой мы не смогли.

и потом, лишь в отражении,
мы смотрели нам в глаза.
«ты напротив, я в забвении,
вся сгораю в твоих снах».

это чувство искажения,
эти языки огня -
как твои прикосновения,
обжигают всю меня.

и когда меня целуешь,
пусть и через зеркала,
ты ожоги мне рисуешь -
тело всё мое до тла…

и опять не получилось,
и ожоги не свести.
сердце будто бы взбесилось,
что же сотворили мы…




«легкие мгновения. зазеркалье».

представляешь, получилось
снова вместе нам дышать!
ты со мной, - я излечилась.
обнимаясь засыпать…

пусть три дня дано всего лишь -
будут вечностью они.
нет экрана! не догонишь
нас, проклятие любви!

в эти легкие мгновения
всё дано нам рассказать.
а твои прикосновения
Меня будут исцелять.


нет пожара с угнетением,
нет меж нами тех зеркал.
«ты - напротив, я - в забвении,
вся сияю в твоих снах».

но кончаются секунды,
время нам не удержать.
все сжигай! сжигай минуты!
не дай им меня забрать!

вновь твои прикосновения,
обжигают меня всю.
нет, прижми меня сильнее!
пусть сейчас я и сгорю!

нет! держи меня за руки!
ты же видишь, я могу!
принимать пожара муки,
не жалей меня. прошу!

нет, не больно! больно будет,
когда вновь проснемся там,
где нас врознь с тобой судят
за неверность трем словам.

и вновь души разорвали                в зазеркалье унесли.
«я - с людьми, а ты - с чертями,
только оба мы горим».