На лезвии судьбы

Всю жизнь я шёл по лезвию ножа,
Как эквилибрист, над бездной танцевал.
Внизу — туман, пропасть, и межа,
Кто-то жаждал, чтоб сорвался,
Разбился, исчез, пропал....
А кто-то, сердце в кулаке сжимая,
Шептал молитвы, чтобы я — не пал.        А я — летел, и падал, и вставал....      Назло......  Не в этот раз.......
Я столько раз стоял на эшафоте!
Толпа ревела: «Палачу — топор!
Руби главу! Устали мы от плоти!
Он слишком долго длит наш разговор!»
Палач заносит руку к небу,
Толпа смакует сладкий миг...
Но находился тот, кто верил мне,
Кто в толпе кричал: «Постой! Не смей рубить главы!»
Я благодарен, тем глашатаям отважным,
Кто в крике толп свой голос не терял,
Кто в миг последний, самый страшный,
Мой смертный приговор отменял. Назло... Я буду жить......
Я благодарен «учителям» своим —
Не тем, кто гладил, а кто резал.
Не тем, кто нежил, а кто жёг огнём,
Кто правду в сердце, как клеймо, выжег.
Они дарили раны, не цветы,
Чтоб помнил я, чтоб не забыл уроки.
Шрамы — это карта пустоты,
Которую прошёл я одинокий.
Каждый шрам — учебник на груди,
Каждый рубец — экзамен, что я сдал.
Они шептали: «Дальше не ходи!»
А я — шагал. И падал. И вставал.       Назло........ Я запомнил....
Я верил в дружбу, как в рассвет,
Как в то, что солнце обогреет.
Я думал — друг, держит факел,
Когда твой собственный — угас.
Но дружба — странная игра:
Сегодня — брат, а завтра — враг.
Вчера делили вечера,
А нынче — он уходит.
Я помню тех, кто был со мной в огне,
Кто не сбежал, когда "дымилась крыша".
Их имена горят в моей груди,
Как звёзды — тихо,  их сердце слышит.
А были те, кто клялся на крови,
Кто бил себя в грудь: «Я — твой навеки Брат!»
Но в час, когда я звал из темноты —
Они закрыли уши, двери, веки.          Назло.... Я двигался вперёд.....
Предательство не ходит с топором,
Оно приходит с ласковой улыбкой.
Оно сидит с тобой за одним столом,
Оно целует — нежно.
Предательство не бьёт тебя в лицо —
Оно вонзает нож в спину.
И ты не слышишь даже, как кольцо
Разжалось на краю.
Я помню каждый поцелуй Иуды,
Я помню каждый взгляд, что лгал любя.
Они теперь — мои живые судьи,
Они теперь — часть вечного меня.
Но я не проклинаю тех, кто предал,
Я благодарен им за эту боль.
Они мне показали, где был предел,
Они мне дали, горькую отраву.
Назло... Я выжил...
Жизнь — это не прямая,
Жизнь — это шторм в открытом океане.
Она швыряет.......
На рифы, скалы, в ледяном тумане.
В этом шторме — вся её краса!
В паденьях — сила, в ранах — мудрость.
Жизнь учит нас смотреть в её глаза,
Не отводя своих — вот это — храбрость.
Я падал — да, я падал много раз,
Я разбивался в кровь о камни судеб.
Но каждый раз, когда я думал:              Мой час, приш;л последний.
Я поднимался — Назло себе.....
Вот стою, я — весь из швов и шрамов,
Из пепла, слёз, из выжженных мостов.
Я — памятник своих ошибок, драм,
Я — летопись несказанных постов.
Но я — живой! В этом, победа!
Я не сломался, не угас, не сник.
Пусть жизнь была мне мачехой, не Мамой!!!!!!!!!
Я благодарен ей за каждый миг.
За тех, кто предал — ибо стал мудрее,
За тех, кто ранил — ибо стал сильней,
За тех, кто верил — ибо стал смелее,
За тех, кто проклял — ибо стал своим.
Я — лезвие, по которому ходил,
Я — пропасть, над которой танцевал,
Я — тот, кого так часто мир губил,
Но я — тот, кто всегда — вставал.
Назло......
Посвящается всем, кто шёл сквозь тьму и не угас.                                               Ноябрь- Январь 2025-2026 года . Дмитрий Личман.