Странный разговор или Смерть в гостях

Над головой клубился сизый дым,
Застыв узором призрачной медузы.
А день, казалось, был совсем пустым,
И на плечах — невидимость иллюзий.
Блокнот лежал, как списанный больной,
Ни строчки в нём, ни проблеска, ни знака.
И вдруг раздался хохот за спиной...
Смеялась смерть с оскалом вурдалака.

Она присела, костяной рукой
Поправив плащ и чёрную бандану.
Сказала: «Что, страдалец, дорогой?
Твои печали выглядят так странно.
Опять по кругу: творческий застой,
Вчерашний чай и рифмы-закорюки.
Поверь, мой мир — он проще, он другой.
Избавлю вмиг от ежедневной скуки.

К обеду борщ, мигрень, разборки с музой,
Дырявый плед и вкрадчивый сквозняк,
Счета, долги… Ты связан этим грузом,
Не вырваться, не разомкнуть никак.
В моих краях — покой и тишина,
Ни суеты, ни быта, ни тревоги.
Моя дорога — ровная одна,
Твои же — сплошь ухабы да пороги.

Ты ловишь звук, что отзвенит к утру,
Рисуешь тень, что солнцем будет стёрта.
И пишешь кровью, сидя на ветру,
Надеясь стать бессмертнее, чем мёртвый.
Но вечность — фарс. Лишь миг, пока горишь,
А после — прах, забвение, прохлада.
Зачем весь этот жертвенный престиж,
Вся эта боль? Кому оно всё надо?»

И протянула костяной кулак,
Сжимая в нём заманчивый билетик
В тот мир, где нет ни гениев-бедняг,
Ни зависти, ни дыр в твоём бюджете.
Где вечный штиль. Где в тишине густой
Забыт и смысл, и поиски, и грузы...
«Пойдёшь ко мне? — и хохот ледяной, —
Не будет больше никаких конфузов».

«Пойдёшь ко мне? Ну, по рукам?!» — и ждёт,
Глядят глазницы пусто и глубоко.
А дождь в окно настойчивее бьёт,
Смывая пыль с оконного порога.
Я встал, налил себе покрепче чай,
Блокнот открыл и прошептал устало:
«Прости, подруга. Нет уж. Ты прощай.
Мне просто вдохновенья не хватало».

03.03.2026