Роман Переплёт т. 3, ч. 1, гл. 1

Ну, а в следующий раз Сергей увидел Раису уже только в школе, во время торжественной линейки. До этого она дня три не объявлялась и не отвечала на его звонки. 
Это был предпоследний день августа. Во дворе школы, на линейку, собрались учащиеся всех классов, учителя, завучи. Здесь же на крыльце, в окружении нескольких родителей, находилась и Анастасия Эдуардовна.
Сергей на дух не переносил подобных мероприятий, однако, отвертеться не было никакой возможности, так что он был вынужден принимать в этом участие. Его главной задачей было следить за порядком и прежде всего за своими подопечными, чтобы те не расходились и не покидали отведённое для их класса место. Они уже перешли в седьмой класс и, казалось, должны были хоть немного остепениться. Впрочем, они и остепенились, да только ненамного – неугомонность и шкодливость всё ещё давали о себе знать. Так что Сергею приходилось держать ухо востро. А иной раз - буквально отлавливать кого-нибудь из них и силой возвращать на место. 
А между тем время шло, а линейку всё никак не открывали. Директриса и подошедшие к ней завучи, что-то нервно обсуждали, посматривая при этом на часы и по сторонам. Похоже, что они кого-то ждали.
Нервозность нарастала. Что не могло не сказываться на поведении школьников. Учителя, как, впрочем, и Тверской Сергей, буквально выбивались из сил, стараясь поддерживать хотя бы относительный порядок.
В итоге от всего этого у него даже начала кружиться голова и немного поташнивало. А, кроме того, ужасно хотелось курить, тогда как отлучиться он не мог даже на минутку. Ничего не поделаешь, приходилось терпеть. И он терпел, про себя чертыхаясь и про себя же насылая громы и молнии на головы тех, кто выдумал все эти сборища.   
В какой-то момент он вдруг вспомнил о Даше Майоровой. В связи с последними событиями, он почти совершенно о ней забыл, а, если и вспоминал, то лишь изредка и как бы между делом. Что и не удивительно, ведь с началом эпопеи с Раисой для него всё остальное как бы утратило всякое значение.
 Он поискал глазами и, наконец, нашёл её класс. Однако самой Даши среди одноклассников не было.
«Странно, - подумал он, начиная даже немного волноваться, - куда это она подевалась? Уж не случилось ли с ней что?»
Его так и подмывало сходить туда и всё выяснить. Но и этого он не мог себе позволить, не привлекая к себе нездорового интереса. К тому же там находилась Маргарита Романовна, встречаться с которой ему бы вовсе не хотелось.
Что до Раисы, то её Сергей увидел на сразу, а лишь некоторое время спустя. Она стояла чуть в сторонке от крыльца, в обществе Патрушевой и Ольги Спициной. Там же, неподалёку, с озабоченным видом топтался трудовик. За лето он заметно сдал: лицо его как-то потемнело и пожухло, а волосы свалялись и ещё сильнее поседели. Он старался бодриться и даже приоделся в новый свитер. Но его скованность и угрюмый вид указывал на то, что он, видимо, не успел ещё похмелиться.   
Впрочем, и Раиса тоже, кажется, была не в духе. Она хоть и держалась около Елены и Ольги, однако, участия в их разговоре не принимала и вообще выглядела совершенно отстранённой.
Болтала же в основном одна только Спицина. За лето она порядочно подзагорела и ещё немного поправилась. Раскрасневшись, она размахивала руками, видимо, делясь какими-то своими впечатлениями. На что Елена лишь рассеянно улыбалась и кивала головой. При этом, казалось, что она ищет кого-то глазами.
И вот её взгляд остановился на Сергее. Он тоже смотрел в её сторону. Заметив его, она вдруг покраснела и поспешно отвернулась. Впрочем, его это ничуть не удивило. Однако задумался. А вскоре он был отвлечён небольшим инцидентом. Двое из его семиклашек, похоже, что-то не поделили, и между ними назревала драка. Так что ему пришлось немедленно вмешаться и восстановить статус-кво.
Он уже заканчивал делать им внушение, когда ему на глаза попался Ковтун собственной персоной. Тот находился в некотором отдалении от крыльца, в обществе небольшой группы старшеклассниц. Видимо, он что-то им рассказывал, - что-то, как видно, в своём роде, - на что те конфузливо посмеивались, краснели и переглядывались. На нём, как всегда, было его неизменное, наполовину выцветшее голубое олимпийское трико в обтяжку, с широкими белыми кантами на рукавах. Он обожал в нём щеголять, ничуть не смущаясь тем, что оно слишком тесно его облегало, демонстрируя тем самым не только его мускулатуру, но и некоторые интимные выпуклости. И это, видимо, тоже несколько смущало старшеклассниц.       
Однако время шло, а линейка всё не начиналась. Среди учащихся всё явственней стали проявляться разброд и шатания, и то тут, то там, раздавались возмущённые голоса. Кто-то из проходивших мимо учителей, сказал Сергею, что задержка будто бы происходит из-за какого-то ветерана, которого ждут с минуты на минуту.
В конце концов, Сергей перестал строжиться и больше не препятствовал свободным перемещениям своих подопечных. С тем, однако, условием, чтобы те далеко не разбегались. В это время откуда-то появился родитель одного из его подопечных, и Сергей попросил его немного присмотреть за классом, пока он на минутку отлучится.
Тот не возражал, и он направился к тому самому месту, где находилась Раиса с Еленой и Ольгой. По дороге он невольно про себя отметил, что попадавшиеся на его пути преподаватели, с которыми он бегло здоровался, как-то уж очень странно на него посматривали, а на его приветствия отвечали сухо и как-то даже с неохотой. Это показалось ему странным. 
Ещё более странной ему показалась реакция Елены и её подруги на его появление. Увидев его, они моментально смолкли, потом запереглядывались, бросая на Раису смущённые взгляды. Да и поздоровались они с ним как-то сбивчиво и неуверенно.
Что до Раисы, то она с непроницаемым видом посматривала по сторонам, как бы ничего особенного не замечая. Она лишь слегка кивнула Сергею, толком даже на него не взглянув. 
Впрочем, ничего другого он от неё и не ожидал. Он был уверен, что такое её поведение, скорее всего, объясняется соображениями конспирации. Тем более, что незадолго до этого она настоятельно ему рекомендовала ни в коем случае не афишировать их отношений в школе.
И всё же его самолюбие было задето. Хотя на тот момент его больше всего заботило другое. Ему показалось, что Елена и её подружка, видимо, уже успели что-то пронюхать. По крайней мере, всё их поведение красноречиво свидетельствовало об этом.
Впрочем, недоумевал он недолго, вспомнив о тех двух случаях, когда Елена вполне могла обо всём догадаться. Первый случай - это, когда они с Еленой, гуляя по главной улице, вдруг увидели на автобусной остановке, возле ДОСА, Раису в обществе Ковтуна. Он тогда не смог сдержаться и слишком уж эмоционально на всё это отреагировал. Чего Елена просто не могла не заметить. А второй случай произошёл  возле центральной площади. Это, когда Раиса, проезжая мимо на такси, увидела его гуляющим с Еленой. За этим тогда последовала безобразная сцена, в результате которой у Елены, если ещё и оставались на их счёт какие-то сомнения, то они наверняка были развеяны самим поведением Раисы, да и его, пожалуй, тоже. Однако его удивляло, как об этом всём могли пронюхать другие? Вот это как раз и не давало Сергею покоя. 
Ему трудно было поверить, что всё это пошло от Елены. К тому же она была не из болтливых, и вряд ли бы стала с кем-либо распространяться на эту тему. Хотя с другой стороны она вполне могла поделиться со своей подругой, а уж та точно не умела держать язык за зубами.
Из всего этого следовало только то, что все надежды Раисы сохранить в тайне их отношения явно не оправдались.
А пока он об этом размышлял, ему на глаза попался Лунгин, который, как всегда, держался от всех в сторонке и всем своим видом демонстрировал неизбывную грусть и укоризну. Причём укоризну, как показалось Сергею, эта самая укоризна, похоже, адресовалась именно ему, Сергею, учитывая бросаемые им осуждающие взгляды. Видимо, и он тоже был в курсе дела.
Однако, несмотря на всё это, Сергей продолжал сохранять независимый вид и даже парочку раз улыбнулся. Он немного поговорил с подругами, поинтересовался, как им отдыхалось, на что те отвечали сбивчиво и неохотно, и, не дослушав их ответов, поспешил откланяться. 
Ещё перед тем, как отойти, Сергей бросил взгляд на Раису. Она стояла к нему боком, как бы погружённая в свои мысли. И это тоже не добавило ему настроения. 
Он как раз только что успел вернуться к своему классу, когда Анастасия Эдуардовна, перекрикивая шум, громко скомандовала, что пора начинать, Одновременно она потребовала, чтобы все разошлись по классам и выстроились в шеренгу.
В этот момент с ней рядом топтался невысокого росточка пожилой человек, в шляпе и поношенном пиджачке, на котором поблескивали орден «Красной звезды» и несколько медалей, по виду совсем ещё новенькие, видимо, юбилейные. Он держался довольно уверенно – сразу чувствовалось, что он частый гость подобных мероприятий.
Открыла же линейку сама Анастасия Эдуардовна. Впрочем, она не стала слишком долго распространяться и после двух-трёх коротеньких призывов и пожеланий, передала слово ветерану. 
 Ну, а тот заговорил, как по писаному, твёрдо и весомо, слегка при этом как бы красуясь и бравируя, несколько даже пересаливая по части пафоса. Между тем, по всей видимости, он настроился на долгую и, надо думать, проникнутую речь. И это при том, что все уже и без того выбились из последних сил и уже открыто выказывали своё нетерпение. Что, кстати говоря, касалось не только школьников, но и учителей, пожалуй, тоже.   
Спасибо Анастасии Эдуардовне, он и в этом случае оказалась на высоте. Мгновенно оценив ситуацию, она, во избежание неприятных эксцессов, постаралась сильно сократить речь ветерана. Причём произвела это весьма виртуозно и непринуждённо. Воспользовавшись паузой, которую тот взял, чтобы вытереть платком вспотевшие лицо и шею, она бросилась его благодарить от себя лично и от лица всей школы, и тут же захлопала в ладоши, призывая и всех остальных последовать её примеру.
Ветеран недовольно поморщился, видимо, всё это ему не слишком понравилось, но выбора у него не оставалось. В конце концов, он отступил чуть в сторонку и там застыл с каменным лицом в величественной позе. 
Правда, не обошлось и без выступлений двух завучей, а затем пришлось дать слово и представителю родительского комитета, уже немолодой женщине, которая тоже оказалась на редкость говорливой. Но и с ней Анастасия Эдуардовна была начеку и столь же непринуждённо поспособствовало тому, чтобы та вовремя закруглилась.
Так что на всё про всё ушло не более сорока минут. После же этого учителя развели своих учеников по классам.

Продолжение: http://stihi.ru/2026/03/04/4183