Собачье сердце

С годами чаще вспоминаю о былом,
О том, что будет- думается меньше.
То предвоенное все видится мне зло
В моем далёком тяжелейшем детстве

Врываясь в дом, война сожгла не хаты-
Развеяла мечты наши, как дым!
И эшелон повёл нас не в палаты-
Мы шли навстречу мукам неземным!...

Чужой язык, колючка и бараки.
В семь лет желанье было лишь одно:
" Мне маленький кусочек бы баранки"....
Но даже этого мне не было дано..

К концу войны,  предчувствуя расплату,
Стократ сильней зверели палачи.
Ничем не мог помочь брат брату,
Когда колонной смерти к смерти шли...

От голода я падала в дороге.
Ни мыслей, ни желаний, пустота..
Вдруг вижу будку и овчарку на пороге,
А рядом миска - в ней еда. Еда!

Забыв про всё,  я ринулась к той миске.
Овчарка злющая успела лишь взглянуть.
И крикнув псу чего-то по фашистски,
Конвой продолжил с пленными свой путь.

Меня в барак вернули, братья - в бездне...
Наутро, улыбаясь, дали кость:
" Неси собаке. Нам же интересно,
Пускай она покажет свою злость".

Я положила кость перед собакой,
Сама, захлебываясь съела весь обед.
Она смотрела нежно, не кусакой,
Фашистский разозлив менталитет.

С тех пор она к еде не прикасалась.
И, догадавшись,  что всему виною я,
У немцев злоба пуще разгоралась.
Но вновь к овчарке привели меня.

Покончив с миской, чувствуя усталость,
Залезла в будку к ней, она за мной.
Уткнулась в спину ей, и это продолжалось
Три дня. Я выспалась и обрела покой.

Проснулась- хлеб лежит. А немцев нету.
Собаки нет. И слышу вдруг кричат:
" Смотрите! Девочка. Одна ты?"
Со всех сторон свои ко мне спешат!

Не позабыть все то, что пережито.
И в памяти останется на век:
В эпоху милосердья дефицита
Собакой оказался человек!