Непокорённый Эльбрус

Раиса Кавырина проснулась среди ночи. Судя по отсутствию ровного дыхания мужа, он не спал.
- Зибродин, ты не спишь? Чем вызвана твоя озабоченность, что ты Павлуша лишился полноценного сна? (Муж и жена, когда регистрировались в загсе, оставили оба свои родные фамилии).
- В Зимбабве хочу, Рая. Поближе к неграм, чтобы любоваться их ними белозубыми улыбками. Кроме того, желаю познать секрет благодушия этих небожителей африканского континента.
- Это просто бред, который ты несёшь. У тебя, что есть средства на поездку в Африку? Ясно, что нет. Зачем тогда бредить неосуществимыми проектами?
- Сейчас май, всё цветёт, Рая, как в раю. Наш Ульяновск благоухает пышным цветением деревьев и кустарников. А я в Зимбабве хочу ехать, сам не понимаю откуда такой зуд во мне. В крайнем случае, в Замбию. Хочу поглядеть на плавное течение реки Замбези. А Заир? Но он - то сейчас по – другому называется. Поэтому – то в Заир меня не тянет.
- К психиатру тебе Паша надо срочно обратиться. Чушь такую городишь, что уши вянут.
- Хорошо, тогда если не Килиманджаро, то хотя бы Эльбрус покорим.
- Это что, чтобы и я поехала вместе с тобой покорять Эльбрус? Вообще – то на Кавказ можно поехать. Это не Африка. Эту поездку осуществить можно.
- Раиса, собирайся прямо сейчас. Всё равно уже не уснуть. Консервы бери, свитера шерстяные, а двухместную палатку я утрамбую в рюкзак. И завтра уже, в крайнем случае послезавтра покорим Эльбрус. У меня такой зуд внутри, что теперь меня не остановить. Летим ближайшим рейсом до Нальчика. А от него Эльбрус недалёко находится.
Супругам подвезло. Они успели на ближайший рейс на Минводы, а там до Нальчика доехали на такси. И вот, не отдохнув после перелёта и поездки, уже взбирались на высочайшую вершину Европы с двумя увесистыми рюкзаками за плечами.  На энтузиазм у них довольно быстро испарился на полпути к вершине. Сил не было никаких, выдохлись эти доморощенные альпинисты полностью. Пришлось разбивать палатку, устраивать себе полноценный, длительный отдых.
- До захода солнца мы должны покорить Эльбрус, - произнёс тусклым голосом Павел Зибродин, так сильно жаждавший войти в число покорителей Эльбруса.
Усталая жена только вяло отмахнулась. Она захотела вернуться в родной Ульяновск, где находилась их совместная уютная квартирка.
- Паша, ты как хочешь, а я не желаю подниматься, у меня силы все ушли на подъём на эту гору.
- Ничего Рая, ничего. Три часа отдохнёшь, потом начнём решительный штурм. В крайнем случае завтра покорим Эльбрус, если сегодня не получится. Переночуем, наберёмся сил и пойдём наверх отдохнувшими и посвежевшими, а там на самой вершине двуглавого исполина серотонин в крови заиграет, да и дофамин в придачу. Один из них гормон удовольствия, другой гормон радости, счастья. Дофамин предшественник серотонина. У нас будет такой прилив счастья, что я напрочь забуду про несбыточную мечту –Зимбабве.
Супруги поели, открыв консервы. Они и впрямь отдохнули основательно, и продолжили подъём наверх. Хозяйственный Зибродин проявил некоторую предусмотрительность, разжившись в Нальчике баллончиками с кислородом. Живительный кислород скоро понадобился, потому что оба начали испытывать признаки горной болезни. Подышав содержащимся в баллончиках газом, жители из Ульяновска добрались почти до самой вершины. Оставалось ещё триста метров взбираться по снежной вершине, чтобы оказаться на самом пике горы. Серотонин и дофамин почему – то не образовывался у них в крови. Им было не очень и радостно, что они без всякой подготовки почти что дошли до цели. И тут разыгралась буря на ровном месте. Погода испортилась за считанные минуты. Холод стал ещё сильнее и доходил до - 40 градусов. Они впопыхах разбили палатку, собираясь отсидеться в ней, пока не уляжется стихия. Зибродин стал приводить в рабочее состояние примус, чтобы согреться и напиться горячего чая. Порывом ветра палатку сорвало и унесло в неизвестном направлении.
- Мамочка моя! –заголосил фальцетом Зибродин, понимая, что это конец.
- Зачем мы попёрлись сюда, чего нам не хватало?! – закричала Кавырина, ковыряясь консервным ножом о жестяную банку, в которой содержалась скумбрия.
- Всё! Кирдык нам, Рая! Оставь ты эти консервы, рыба не спасёт нас. Мы замёрзнем от этого собачьего холода.
Его слова оказались пророческими. На следующий день, когда буря стихла, на тела двух супругов из Ульяновска наткнулась группа молодых покорителей Эльбруса.