Однажды в Арканзасе

Он был тогда простым коммивояжёром
И часто пересекал самые глухие районы Арканзаса.
Он, и такие же другие, всегда на фермах ночевали,
Обычно, питание включалось в стоимость ночлега.
Вот как-то ехал он по новому маршруту
И, как всегда, на какой-то ферме заночевал.
Ночью на пуховой перине прекрасно выспался
И, после освежающего сна, бодрый, к завтраку вышел.
А на столе уже стоял сплочённый строй провианта:
Яичница, галеты, кофе и пирог, и свиной хребтовый шпик.
Последнее кушанье было незнакомо ему совсем,
А его вид и вовсе опасение ему внушал,
И коммивояжёр такое есть не захотел,
Но он умел блюсти манеры за столом
И всё время вилку мимо блюда со шпиком проносил,
А сам мило болтал с хозяйкой о привычке питания:
От местности она зависит очень сильно
И эта штука очень индивидуальна –
Вообще всё дело в том, кого как воспитали,
Он надеялся, что хозяйка его правильно поймет.
А радушная арканзасская хозяйка на это вежливо кивала,
Соглашалась, что по всему миру разная еда.
Затем вдруг встала из-за стола и извинилась,
Колыхнула обширным фартуком и из кухни вышла.
Назад вернулась со здоровенным двуствольным дробовиком
И направила его прямо на коммивояжёра,
Угрюмо произнесла: «А ну ка, ешь давай!»
И делать нечего, пришлось ему свиной шпик съесть…
Он арканзасской мадонне оскорбление нанёс:
Нарушил местный застольный кодекс –
Отказался есть то, что ему подали на стол…