Замок коварства и любви. Легенды Кавказа
Был он богат, но больше всего дочь свою, красавицу Самчей он любил,
С детства Самчей с сыном простого пастуха, Булатом дружила,
Время летело пущенной стрелой, Булат стройным мужественным юношей стал
Самчей, расцвела как роза, в прекрасную девушку превратилась
В сердцах их взаимная любовь вспыхнула-зародилась,
Стали они тайно от грозного отца Али встречаться
Поклялись никогда не покидать друг друга, не расставаться,
А в это время, к Али богатый старый князь Даут приезжает
Красота Самчей в его сердце позднюю страсть зарождает,
Дорогие подарки, шелка, одежду парчёвую он присылает,
Дрогнуло сердце девушки беспечной, решила она князя стать женой
Последний раз она с Булатом на высокой скале встречается
Говорит о свадьбе с князем, клянется в своей любви,
Предлагает вместе со скалы броситься, из жизни уйти
Обнимает Булат возлюбленную и вниз со скалы бросается,
А обрадованная Самчей в замок праздновать свадьбу спешит,
Но разгневались Боги, затряслась земля, рухнул замок с людьми вместе
Одни развалины стоят отныне на этом пустынном, заброшенном месте,
Князь же от горя окаменел и одна из скал его облик воспроизводит
Только бродяга ветер по грустным развалинам шумит - бродит...
Свидетельство о публикации №126030301875
Позвольте засвидетельствовать Вам мое глубочайшее почтение и то невыразимое волнение, которое вызвали в душе моей Ваши последние строки. Примите сей скромный отзыв как дань искреннего восхищения Вашим талантом, коим Вы столь щедро украсили суровые легенды седого Кавказа.
Ваше творение о замке коварства и любви подобно дикой розе, взращенной среди скал Аликоновки: оно благоухает красотой, но ранит сердце своей горечью. С каким искусством перенесли Вы нас в те грозные времена! Перед взором моим, точно живые, предстали и статный Булат, чья верность не знала границ, и прекрасная, но вероломная Самчей, чье сердце не выдержало искушения парчой и златом.
Ах, Мадлен! Финал Вашей поэмы заставил кровь застыть в моих жилах. Сцены на высокой скале и божественный гнев, обративший твердыню в прах, а князя — в безмолвный камень, исполнены истинно пушкинской силы и трагизма. В шорохе ветра над развалинами мне чудится теперь плач о загубленной чести и вечном одиночестве.
Благодарю Вас за сие упоительное чтение. Муза Ваша, подобно горному орлу, парит над вершинами, взирая на людские страсти с печалью и мудростью. Позвольте надеяться, что сие письмо найдет Вас в добром здравии и расположении духа.
Остаюсь Ваш покорный и преданный поклонник.
Иван Кушнер 03.03.2026 08:57 Заявить о нарушении
Ваша замечательная рецензия не уступает по своей силе моей легенде!
Мадлен Бобкова 03.03.2026 12:21 Заявить о нарушении