Луна

Однажды я увидел Луну и был так очарован ее мягким сиянием, что решил ее нарисовать.
Я выводил ее очертания на бумаге снова и снова: её идеальный круг, темные глубокие кратеры, разбросанные по поверхности, тонкие белые паутинки, будто шрамы на ее каменном лице.
Я изучал каждую тень, каждый блик на ее твердой молчаливой поверхности.
Мне казалось, еще один штрих, и я узнаю ее. Еще штрих – и рисунок оживет, а Луна станет ближе.
Но Луна начала таять.
Сначала почти незаметно, будто кто-то стер край ластиком. Потом она становилась все тоньше, всё бледнее, пока однажды не исчезла полностью.
Я ждал.
День.
Два.
Три...
В какой-то момент я потерял счет времени.
Я все смотрел в черное, пустое небо, туда, где раньше была Луна. Смотрел так долго, что даже не заметил, как стало окончательно темно, и как я... ослеп.
Мне сказали: "Наконец-то вышло солнце! Почему бы тебе не нарисовать его?".
Но я не мог. Как я смогу нарисовать солнце, если никогда его не видел? Как я вообще смогу рисовать, если больше ничего не вижу?
...и если все, что я помню –
это только Луна.