Там, в нереальности

Я воскрешаю нереальность,
Она противится, не хочет.
У ней высокая тональность,
Что по мозгам так и грохочет.

Но в ней я выронил свободу,
Гуляя как-то днём пригожим.
А без неё живу в угоду
Халатам мятым, бледнокожим.

Не повезло, реальность ранит,
Ей не хорош ни сам, ни мысли.
Наверно, смерть лишь то исправит,
Наверно, но пока то в жизни.

Там, в нереальности, так много
Свершений мудрых и прохожих.
В неё короткою дорогой
Я попадаю в день погожий.

Там человек, встречая Бога,
Пред ним не кается, не плачет,
Покорно, смирно ждёт итога
И взгляд доверчивый не прячет.

Прощенье вряд ли помогает,
Когда оно не состоялось,
Когда от страха лишь спасает
И машинально тем назвалось.

Прощенье — маленькая птичка,
Что ты сожмёшь в своих ладонях,
Твоя душа, твоя сестричка,
И за неё себя хоронишь.

Тогда и ад уже не страшен,
Его нападки, заклинанья.
Нет в мире птички этой краше,
Нет ничего, в ней мирозданье.

Халат явился бледнокожий
С прилипшей на губах улыбкой.
Он на реальность так похожий,
В ней плавающий мёртвой рыбкой.