Февраль

В феврале был гром.
Неожиданный, неистовый.
И сразу молния.
Пронзительная и скупая.
У кряжистого дуба, одинокого,
замершего посреди нашего края,
не было и шанса предвидеть,
укрыться, отойти или сбежать,
только стоять поверженным, чувствовать боль,
гореть и догорать,
слишком поздно взывая к небесам –
простить, отпустить, не карать.

Первыми сдались листья,
серыми гроздьями павшие ниц.
Одни, принимая огненную стужу,
изворачивались от хребта сердцем наружу,
Другие – внутрь.
Ветки резким хрустом выворачивали душу,
постепенно стихая, редея и опадая.

К вечеру огонь стих.
Пламя, выстудившее кровь,
еще пыталось заняться вновь и вновь,
но все-таки унялось, не видя новой плоти,
более ничего не сгубив.
И только корень остался жив…

 





 


 

 


Рецензии