Правда

Горе проживается тяжело
Цветок чей гербарий казался прекрасным
Развеяло ветром давно

Я помню в три года смотрела на стену
Боль в груди была словно тайфун
Я даже тогда не смогла быть смелой
Скрутилась на бетонном полу

Крики в ушах откликались
Хоть и были за дверью закрыты
Мать и отец всегда друг на друга орали
А дети остались побиты

Я помню ребристых обоев узор
Их фактура напоминала волокна
Я тогда первый раз потеряла покой
И слышала как дрожат окна

Я мяса боялась словно огня
Мое тело меня опережало
Оно говорило: стой! Фактура - одна!
И два пальца в рот - и блевала

Меня преследовал жуткий страх
Сколько я себя помню
И не могла я стоять на ногах
Стояла криво - но твердо

Мать никогда меня не любила
Ее тенденция - строгий контроль
И только насадив меня телом на вилы
 Она могла унять свою боль

Старший брат меня всегда ненавидел
Чуть что и посмешище я
И кто бы из родных это не видел
"Прости его, мы же семья!"

И так год за годом, только отец
Никогда не участвовал в травле
Но он был далёк, я считала овец
И думала это случайно

Если бы я могла понять что любима,
Схлопнулся мир мой простой -
Это бы значило что боль и вилы
Я терпела вообще ни за что

Я выбрала обвинения
Вечно ненавидеть себя
Как страх испытать я только посмела
Разве мы не семья?

С таким настроем долго прожить -
Не удастся даже в кино
Я хотела всегда руки на себя наложить
Думала лишь об одном

В четыре - хотела из дома уйти
Планировала жить на площадке
В доме было слишком много тоски
Я хотела бежать без оглядки

Мама смеялась сказала "Дурная!
Без нас - тебе нет житья!"
И кажется что тогда я погибла
Окончательно и навсегда

Словно птица в маленькой клетке
День за днём всё ломало меня
Невдомёк было маленькой детке
Знать что это вообще не семья

Что это вообще не нормально
Когда говорят "виновата сама."
Когда заступаться будут за брата
А ты будешь в тени одна.

Брат вырастет редким мудилой,
Мать будет его защищать
Ей всё равно сколько овец до могилы
Приходилось ежедневно считать

И только отец обнимет и скажет
"Я думаю, она не права
Я помню насколько была ты подвижна, -
Когда зеленела трава."

И только отец мать остановит
Когда я снова в страхе скручусь
До холодной ванны проводит
И не скроет искренних чувств.

Я долго держала обиду.
Думала - ему всё равно
Но теперь взгляд держу я открытым
И сломанное ухо в остро

Он говорит: "Я горжусь тобой, дочка."
Даже если бросить курить не смогла
Зачем я когда то вообще ставила точку
Если только он - правда семья?

Он меняется не линейно -
Больше в доме никогда не кричит
Назвав "больной" один раз безутешный
Будет другое сто раз говорить

Он неловкий и старой закалки,
И пробита его броня
Но он в жизни не возьмёт скалки,
Направив ее на меня.

Он меня любит искренне нежно,
Тепло в сердце глубинно храня
Пока мать и брат провоцируют бесконечно
Пытаясь задеть и сломать

Мне тяжело понимать эту правду,
Она царапает меня по груди
Но только увидев всю эту баланду
Я могу ее отпустить

Для меня это правда тяжёлое горе
Я спать не могу по ночам
Вспоминая моменты из жизни в ссоре
Меня накрывает печаль

Мне тяжело по утрам просыпаться,
И даже с кровати вставать
Тяжело думать, что их выбор - остаться
Быть мудаками всю жизнь - навсегда.

Выбор это нечто иное,
Это не злодейка судьба
Это значит что резать - это их воля
А их не прощать - моя.

До тех пор пока выбор в руках не устанет
Мы будем нести кресты
И пока бог всем судьбу не предъявит
Мы останемся жертвами мерзлоты.