Мы заходим в кафе

Мы заходим в кафе. Здесь пахнет корицей и сном,
И звенят ложечки, будто в пустом соборе.
Мир остался снаружи — за мутным, сырым окном,
Там, где дождь продолжает свой бесконечный хоррор.
Я заказываю тебе горячий шоколад —
Густой, как грехи, и приторный до предела.
Ты смотришь, как пар взлетает, идет на спад,
Словно в этом тепле душа твоя отогрелась.
Но слова не идут. Мы тонем в немой воде,
И вопросы летят — безликие, как прохожие:
«Как работа?», «Как дом?», «Ты всё ещё куришь?», «Где...» —
Всё такое картонное, ледяное под кожей.
«Как погода?» — спрошу, и внутри задрожит струна,
Потому что «погода» — это когда ты плачешь.
Между нами стена. Прозрачная, но стена.
И ни один из вопросов уже ничего не значит.
Ты мешаешь напиток, в чашке танцует мрак,
Шоколад остывает, покрывшись тонкой фольгой.
Мы пытаемся сделать этот последний шаг,
Но один из нас — мертв, а чувствует боль — другой.
В этой вежливой пытке, в обрывках случайных фраз,
Проступает финал, где нет ни любви, ни злости.
Только горечь во рту. И правда в том, что сейчас
Мы друг к другу зашли не в сердце, а просто в гости.
Ты отставишь фарфор. На донышке — темный след.
«Мне пора». И вопросы смолкнут, вонзаясь в спину.
Я останусь смотреть, как гаснет в витринах свет,
Оставляя на фильтре горькую мешковину.