Ребёнок хочет взорваться

Острее
лацкана лишь эта боль по миру.
Но я зову её заботой.
Я захожу
в подъезд и вижу миленькие туши.
Денёк уже хороший, но не лучший.

Главное,
что что-то горит,
а душа или шкаф — неважно.
Горжусь ли я этим?
Fucking ashamed of it,
but it's okay.
Ребёнок хочет взорваться.

Я должен быть рад,
что совершаю ошибки,
я должен, но не могу.
*Just let it be — другой дороги
к счастью просто нет;
да и не только к счастью,
но ты и так
(я надеюсь) это знаешь.

Отсылка на Библию, отсылка...
Да, наверное, но её ж
люди писали,
а люди пишут
всегда о людях,
для людей,
про людей,
думая о людях,
делая вид,
что не думая о людях,
на людях,
ну ты понял;
люди делают людское,
а оно всегда похоже.
Именно поэтому кровь закипает,
когда
кто-то не понимает
всей ценности картины,
которую хоботом
намазюкал слон.
"Да мой ребёнок так сможет,
в чём тут смысл" — так дай,
блять,
своему ребёнку
нарисовать,
сделай
всему человечеству
одолжение — мы должны знать,
похожи ли
мы на других живущих,
или мы одни такое...


*This claim is disputed, take no offence.