Окаем за оконными рамами

Смешное непонятным быть не может
до времени, которому и снять
все маски. Пусть хоть мысль одна тревожит,
хоть творог есть, сметана. Жизнь обнять
захочется, и завязать бутылкой,
носком иль бантом, Аксель прокрутить
с ребра, вперёд. Беляночки-бустылки
лучка попозже в рост идут фортить
к столу – с подходцем, с форсом. Кто тут голый?
Уверен? Вася? Коля? Ордена,
танкисты и собаки, Веслав Голас…

Звучали перед фильмом имена…
И сериал в каникулы, и люди –
и в доме, на экране, во дворе
к столу спешат. А карты мы добудем.
Краплёные ли? Важно ли в игре?

Ноздрёв с ноздрями – вот уже награда.
Халат. Фигура. Мысли. Уж сюжет.
А место – то же. Аня – то, что надо.
Модистка – класс! Подвластен креп-жоржет,
батист. Любой каприз! Вы только-только
в мечтах изобразите туалет –
сошьёт.
А Толька, Толька, Толька, Толька –
главенствует, творя в любви сюжет.

В любом кино – такие повороты,
мука, крупа и ветры перемен.

Но есть те самые, родные – где-то кто-то,
кто дан как данность – как весы-безмен.

И каждый мыслью личной отзовётся,
кому какое нравится кино.
Мысль шьётся, вьётся, бьётся, пьётся, льётся,
как стёклышко, промытое окно.

Сольются воедино мысли-искры,
как цветик-многоцветик-перламутр…

Мы помудрим, припудрим торт речисто –
и в новь, и в явь, в новейшее из утр…

28 февраля 2026 года