Спрут

Мне снятся стены бревенчатых домов,
Где пляшут тени в ожиданье боя.
Я не ищу ни отдыха, ни снов,
Я здесь стою — и это вне побоищ.

Они крадутся в облике зверей,
В личинах тех, с кем споры вёл когда-то.
Но свет во мне с годами лишь острей,
Я стал для них привычным лютым смерчем.

Я помню: тишина. И вдруг — стекло
Взорвалось вдрызг. В проём вошёл лжесвет.
Глаза — провал, где свет не грел, не жил,
И встал столпом, упавшим с тех планет.

Я взял его руками в жёсткий хват.
Он хрипнул. Вздрогнул. Потяжелел. Затих.
Глаза налились тьмой. Последний яд.
И я считал конвульсии. Он стих.

И только он затих — она вошла.
Откуда? Из угла? Из пустоты?
Я глаз не поднимал, но понял: шла
Ко мне. И я прикрыл собой. А ты?

Но волны не ушли. Они всё шли
Из стен, из щелей, из-под темноты.
Я заслонял. Стояли мы. Текли
Минуты тьмы. И мы — лишь я да ты.

Я не ищу покоя. В этой тьме
Я знаю цену каждому пожару.
Они хотят оставить след на мне,
Но я им не по силам, не по жару.

Я не герой, я просто тот, кто встал,
Когда ломались те, кто был сильнее.
Я свет в себе, как факел, удержал,
Чтоб стать для тьмы страшнее и вольнее.