Свет рожденный от проклятия

Любовь бывает разной — свет и нож,
Она горит и режет без остатка
То мягкий шёпот, то железный дождь,
То поцелуй, то скрытая расплата.

Не даром свет спускается к земле,
За каждый луч назначена цена
И счастье вспыхнет золотом во мгле,
Но вслед за ним поднимется волна.

Боль — это плата. Так велят весы.
Так учат нас и книги, и утраты
Но есть любовь, где правила просты
В ней страх диктует жёсткие контракты.

Она рождается не в свете, а в тревоге,
В дрожащем «вдруг» и в шёпоте «не так»
И строит храм на хрупком монологе,
Где каждый шаг — проверка и знак.

Ей нужно знать. Ей нужно быть уверенной.
Ей мало слов — ей клятва под печать
Она измерит паузу намеренно
И тишину заставит отвечать.

Она целует — но в глазах надзор,
Она обнимет — но считает пульс
Любовь ли это? Или договор,
Где страх стоит у входа, словно стул?

Она способна причинять боль близким,
Не из жестокости — из глубины
В её объятии становится слишком
Тесно для чужой тишины.

Любовь должна разлиться по душе,
Как тёплый свет, свободный и живой
Но здесь тепло похоже на клише,
А свет — на прожектор сторожевой.

Она крадёт ценность у всего вокруг,
Сжимает мир в единственный объект
И строит из внимания замкнутый круг,
Где шаг в сторону — уже дефект.

Ей нужно больше. Снова и опять.
Подтверждение. Взгляд. Касание. Слово.
Она боится просто отпускать —
И держит так, что душит до немого.

Она не верит тишине ночной,
Ей кажется — в молчании измена
И потому любой покой
Она дробит на острые фрагменты.

Ты рядом — но тебя уже нет,
Ты растворён в её системе знаков
Ты должен быть и воздух, и ответ,
И тенью, и огнём, и одинаков.

Любовь придаёт ценность свету — да,
Когда свободна и не просит клятв
Когда не держит сердце у суда
За каждый неразгаданный абзац.

Но эта — строит внутренний редут,
Где нежность марширует строем
Где чувства по команде встанут в круг
И подчинятся строгому герою.

И я смотрю в её лицо — своё.
В её глазах знакомые раскаты
Я вижу: там не зло, а остриё
Тревоги, закалённой до металла.

Она сама в плену у этих стен,
Что вырастила, чтоб не быть покинутой
И каждый новый страх — как новый плен,
Где сердце бьётся, к миру не придвинуто.

Любовь бывает разной — свет и тень,
И боль порой лишь отзвук высоты
Но если страх командует весь день
То это не любовь. А караулы пустоты.

И если я когда-нибудь смогу
Снять шлем и выйти из строя,
Возможно, я впервые назову
Любовью то, что дышит без конвоя.

Пока же марш гремит в моей груди,
И шаг звучит под знаменем тревоги
Я учусь не путать впереди
Свободу — с цепью на пороге.

Любовь бывает разной. Это так.
Но если в ней лишь страх и ожидание
То, может, это просто мрак,
Что притворился светом… ради выживания.