Забвение

Закат остыл, как ужин на плите,
и, крадучись под светлым горизонтом,
к нам сумерки идут широким фронтом,
ложась кубами в городской черте.

И чтоб пробиться в этой тесноте
локальным стиксам, летам, ахеронтам,
чужая вдрызг муниципальным фондам,
природа оживает – в темноте...

Едва дохнув, спешит к сыновним кровам
богиня-мать, но… в струпьях фонарей
неузнанная, слепнет у дверей.

И плечи под изношенным покровом
дрожат... Но не обнимут их сыны:
они, как телевизор, смотрят сны.


Рецензии