Сказка о золотом унитазе. Продолжение

В ангаре всегда готов к полёту сверхзвуковой самолёт.
Возле замка, в водоёме, кроме яхт, пароход.
А на нём сверкает в лучах солнца новый вертолёт.
Чтоб никогда не быть в печали
и завистники затихли, замолчали,
На Байконуре не без блата заказали --
это так, на всякий случай, звездолёт.
Да мало ли чего? Вдруг что-то с неба навернётся, звезданёт.
И мы ручками помашем -- прыжками в звездолёт.
На нём, куда хошь можно добраться,
в любой момент сорваться,
куда-нибудь подальше смыться.
Ведь живём, как на вулкане,
словно во сне, в непролазном тумане.

А как живут, не прозябают, в Голливуде!
Нам тоже подавай икру на блюде.
Так, чем мы хуже?
Неужели дупой уже?
И мы хотим леля-кебаб
с гарниром из красивых баб.
Нам не обязательно бананы подавать --
лучше свеженьких мулаточек в кровать.

             Живут же люди в Голливуде!
             Не желают они ездить на верблюде.
             Им -- яхты, лимузины, самолёты,
             дирижабли, вертолёты
             непременно подавать.

А наши токмо жрут
и немерено пьют.
В хлам напившись, песни неприличные орут:
     "... А что я ем, а ем я осетрину,
          простую, в общем-то, еду --
          её ловлю в своём пруду.
          А хто я есть -- я щирый украинец,
          высокой пробы, файный националист.
          У мене ворог -- коммунист.
          Сте Пан Бандера -- батько мий та Бог!
--Да в хавало тебе сапог! --
  сказочник кричит в ответ.
  Мне сдаётся, ты не украинец --
  ты недоношенный засранец!

             Однако, ближе к телу,
             как писал
             Ги Де Мопассан,
             и говорил Отелло.

              ***   ***   ***

Тишь да гладь,
Божья благодать!
Сидя на златом унитазе, мечтаем,
в заоблачных далях летаем.

           Впереди вороной конь, в дымке горизонт.
           На коне, непонятно зачем, огромный зонт.
           Рядом с дорожкой по цветам конь проскакал.
           Клянусь! Гадом буду!
           Никогда такое не забуду --
           это был не аксакал.

Не труситесь! Не дрожите!
Временем своим дорожите!
Не пугайтесь!
Не материтесь! Не ругайтесь!

        Что за чучело? Смокинг в репяхах-бодяках,
        грязное сурло, как у обезьяны задница, в морщинах,
        давно бритая кабанья щетина --
        откуда здесь эта дитина?
        Каким ветром и откуда это неумытое мурло
        на корпоратив солидный загребло?

Здесь оказался чудо-всадник
от Саакашвили посланник --
это с Грузии посол,
такой же глупый, как осёл.
Он привёз уставшим от бухла рассол --
живительную влагу, дабы опохмелиться
и поскорее восвояси смыться.

          Вмиг сползётся бухой электорат,
          каждый до потери пульса будет рад.
          Если живительной влаги напиться,
          на 100% можно омолодиться.
          И опять до "белочки" бухнуть
          да снова в койку к ручным девочкам откроется путь.

Контингент безукоризненно напился
и сразу абсолютно не врубился,
для чего, какого чёрта тот посол,
припёр сюда огуречный рассол?

         А потом, ой, мама, что здесь было!
         Все, кто кое-как стояли на ногах,
         без сапог и в сапогах,
         всё Межигирье заревело, замычало и завыло.

Пойло дегустировали всем колхозом.
Вдруг неожиданно запахло, завоняло, повеяло навозом.
-- А почему?
-- Да потому!
Очень тёмным на ферме был амбар.
Все торопились и с похмелья перепутали товар.

           Осоловевший генацвале-посол
           прихватил с собой не рассол.
           Он припёр с молочной фермы
           в стеклянной трёхлитровой банке ...

-- Сказочник, да не томи! Что привёз с молочной фермы незадачливый посол?
   Мы ведь знаем, что припёр он не рассол.
   А что тогда? Скорей всего, молочко.
   Уж никак не ананасы и не яблочко.

          Чтоб быстрее хмель прошёл,
          а с головы бодун ушёл,
          всё очень просто -- надобно опохмелиться.
          это всё равно, что заново родиться.

Не отвлекай, сказочник, нас.
С большого бодуна лучше всего холодный квас.
А если после кваса в голове тараканы продолжают суетиться,
тогда желательно пивком опохмелиться.
Сказочник, не тяни кота за хвост --
кот проказник и прохвост!

            Всё же сказочник влез с веслом
            и, скромно отрыгнув, пошёл на рандеву с послом.
            Вскоре стало ясно: посол привёз с молочной фермы
            четыре килограмма бычьей спермы.

Клейкий напиток старательно хлебали.
В хавало, то бишь в рот, с трудом, но попадали.
Густое, как хреновая сметана, пойло.
После него поддатых выпивох тянуло в бычье стойло.

       Отведавшим живительную влагу,
       казалось, что пили лекарственную брагу.
       У всех подопытных возникло желание мычать: "М-у-у-у!"
       Да толком, бедолаги, не поймут --
       что за МУ? И что к чему?
       У дегустаторов, как у быка, набрякли Фаберже, они же овы
       и неудержимо всех тянуло в стойло до коровы.

Один из выпивох, зачем-то прихватив гитару,
мыча, прыжками поскакал к ветеринару.
В дупу сделать антивозбудительный укол
и поскорее в Киев -- на "Динамо", на футбол.

            Другой, увидев в телевизоре корову,
            начал мычать: "М-у-у! Я боров!
            Ой, нет, я вроде, бык.
            Сейчас корове будет гаплык!"
            Он теперь  дико орёт "Слава Украине!"
            В психушке горлопанит и поныне.

Короче, бухарики-господа
разбежались, кто куда.
Как только малость протрезвели,
все, уставшие от хмеля, по-бычьи дружно взревели.
Вроде бы пока сыр-бор,
но может приключиться перебор.

        Узнают теле-дяди, теле-тёти. Мотив услышат строкачи:
        писатели, поэты, борзописцы, трепачи.
        Всё пронюхают служители пера.
        А оно нам, скажите, на хера?

И ошалелою толпою,
взбычившись, мотая головою,
кто рысью, кто галопом,
готовясь к бегу по Европам,
послав на фиг гостеприимный двор,
галопируют к сказочнику в Сосновый Бор.

           Дабы не ударить в грязь лицом,
           безотлагательно необходимо встретиться с писцом.
           Пьянь хочет сказочника попросить слегка подсократитися:
           в сказке сократить начало, выбросить середину и скостить конец,
           а то ведь может приключиться полный, сокрушительный пипец!

Сказочник поддатых успокоит:
-- А чего тут петушиться?
   Быстро всё должно решиться.
   Как сказал мой знакомый поэт-юморист,
   по профессии патологоанатом и юрист,
   как бы немного шутя,
   многозначительно в носу пальцем вертя:
   вы хотите сказку-быль
   превратить в дорожную пыль.
   Эпиграфический источник переиначить,
   тем самым сказочника озадачить.
   На лбу своём запишите,
   не ерепеньтесь, глубже дышите:
   сказка-быль и в ней намёк,
   но вам, прохвостам, невдомёк.
   Хотите её сократить? Однако из этого роя
   не вылетит и не выйдет ни роя!

         Сказочнику остаётся пару слов вставить:
         Кредо моё -- лапшу не вешать,
         не врать и не лукавить.
         А напоследок ещё несколько слов добавить:
         "Написано пером --
          не вырубишь топором!"