За маской пустоты

Мы не такие, как кажемся,
В наших глазах,
В них отражается сажею
Жизненный страх.

Тени на лицах бесцветные —
Тонкий намёк:
Все наши мысли заветные
Другим невдомек.

Мысли рождаются странные
В наших мозгах,
И затихают туманные
В наших словах.

Губы немые, бескровные —
Злой приговор,
В них наши чувства греховные
Прячут позор.

Ноги в пыли и избитые —
Горькая быль,
Души — тела позабытые —
Грязный утиль.

Руки дрожат от бессилия —
Сжаты в кулак,
В них затаилось насилие —
Вечный наш враг.

Сердце стучит еле слышное —
Сбилось давно,
В нём всё святое и лишнее
Слито в одно.

Кожа — пергамент исписанный
Знаками бед,
Каждый из нас переизданный
В тысячу лет.

Смотрим друг в друга с опаскою,
Ищем подвох,
Каждый под собственной маскою
Жалок и плох.

Взгляды, как иглы заточены,
В спину летят,
Словно слова-многоточия,
Что-то таят.

Истина — слово избитое,
Лживый маяк,
В сердце, как в рану открытую,
Сыплется мрак.

Ищем тепла, но боимся мы
Пламя разжечь,
В страхе, что станем палимыми
От этих встреч.

Память — осколки разбитые
В мутной воде,
Лица родные, забытые,
Гаснут везде.

Дышим мы воздухом спёртым,
Пылью веков,
Души, как двери, заперты
На сто замков.

Каждый наш шаг — отступление
В серую тень,
Каждое прикосновение —
Словно мишень.

Так и бредём по обочинам
Этих дорог,
Смерти навеки поручены,
Свой каждому срок.

И за улыбкой усталою —
Лёд и гранит,
В ней наша вера усталая
Молча скорбит.

Мы — отражения бледные
В кривых зеркалах,
Надежды, искры последние
Гаснут в веках.

И в тишине оглушающей,
В бездне ночной,
Каждый из нас — умирающий
Наедине лишь с собой.

Аксий.