Кинолента Сойдёт

Совсем неудачной вышла картина,
Хотя диалоги писал Тарантино.
Сюжет — словно в миксере сбитый салат,
Запутанный, душный, ни в склад и ни в лад.
Там смыслы терялись, как в поле следы,
И было в избытке лишь мутной воды.
Пытались создать философский портрет,
Но логики в кадрах, по-прежнему, нет.
Сценарий разбух, потеряв берега,
А здесь — просто склеили два сапога
Не в пару, не в рифму, а просто — «сойдёт».
Режиссёр третьи сутки не жрёт и не пьёт!

Монтажёр на пружинах скакал от идей,
Но в кассе сказали: «Постой, не наглей!»
Осветитель уснул, уронив на пол блик,
А в кадре — не драма, а форменный тик.
Гримёры старались замазать позор,
Но лез сквозь белила халтурный зазор:
Когда в голове лишь опилки и страх,
То даже эстетика потерпит здесь крах.
Актеры играли так, словно во сне,
Хотя гонорар был на зависть стране.
Те фразы, что Квентин в блокноте чертил,
В устах дилетантов лишились всех сил.

Про гамбургер пафос — как в сельпо разговор,
И вместо харизмы — какой-то запор.
Спецэффекты лепили из веток и лжи,
Чтоб только не видно было межи.
На красной дорожке — парад симуляций,
Под фальшь принуждённых и бурных оваций.
Там звёзды сияли, скрывая за гримом,
Что драйв Тарантино стал облаком дымным.
А критик в блокноте выводит сарказм:
«Где мощный экшон? Здесь творческий спазм?» —
Он желчью плюёт, принимая ликвид:
«Блокбастер? Скорее — распиленный хит.»

Короче, шедевр, что задуман был гордо,
Зарыли в бетон под названьем «под порно».
Инвестор в истерике рвёт черновик —
Он ждал океан, а нашёл лишь тупик.
И зритель уходит, зевнув, в коридор:
— Тарантино? Ну да... Видно, был перебор.
В буфете допьют недопитый коньяк —
Снимали легенду, а вышел пустяк.
И титры плывут в пустоте мертвецом:
Кино не спасти даже звездным лицом.