Обитель внутренней ценности

„Чувство собственной негодности представляет собою не только самое большое, но и единственное истинное духовное страдание: все другие духовные страдания могут быть не только исцелены, но и немедленно и совершенно подавлены уверенным сознанием собственной ценности. Кто вполне уверен в ней, может совершенно спокойно переносить страдания, которые иначе довели бы до отчаяния, – он может без радости и без друзей быть самодостаточным и опираться на себя, – столь могучим является то утешение, которое рождается в нас от живого убеждения в нашей собственной ценности, – и потому его надо предпочитать всем благам в мире. Наоборот, в сознании собственного ничтожества не может утешить ничто на свете; его можно только замаскировать посредством обмана и фиглярства, или заглушить сутолокою жизни, но и то и другое – ненадолго.“ - Артур Шопенгауэр (из «Parerga und Paralipomena», раздел о самооценке и страдании)



Когда за окнами темно,
И мир, как старый холст, линяет,
Одно лишь горькое зерно
Нас изнутри испепеляет.

Не холод бед и не нужда,
Не яд предательства и злобы —
Лишь та глухая пустота,
Что ставит низшую нам пробу.

Душа, лишенная опор,
В себе не видящая смысла,
Выносит смертный приговор,
И в ней вся истина повисла.

То чувство «годности» — родник,
Что поит путника в пустыне;
Кто к мысли истинной приник,
Тот не склоняется отныне.

Пусть рок обрушит сто лавин,
И друг покинет в час ненастный —
Кто в духе светел и един,
Тот над бедою самовластный.

Ему довольно тишины
И осознанья личной силы,
Чтоб видеть праведные сны
У края собственной могилы.

Тот стержень — выше всех наград,
Дороже злата и признанья.
Его не купит плут и гад,
Он — кость и плоть самосознанья.

А тот, кто внутренне ничтож,
Кто сам себе — палач и бремя,
Тот сеет в сердце только ложь,
Напрасно тратя жизни время.

Пусть он примерит маски льва,
Иль скроет шрам за фиглярством —
Все эти пышные слова
Не станут истинным лекарством.

Мирской суетный карнавал
Заглушит боль, но лишь на малость,
Чтоб призрак правды вновь восстал,
Внушая горечь и усталость.

Нет утешенья извне нам,
Когда внутри — гнилые доски.
Мы молимся чужим богам,
Теряя ценностей наброски.

Лишь в убеждении живом,
Что ты — венец своей вселенной,
Найдешь приют, найдешь свой дом
В юдоли этой переменной.

26.02.2026