Гостья

Она приходит не сразу. Сначала - шаги.
Тихие, как пульс в подушке.
Потом - дыхание. Холодное, без души.
И я знаю: сейчас она будет решать - нужно ли слушать.

У неё есть лицо. Я видел. Не в зеркале - в мыслях.
Оно красивое, страшное, как кадр из кино,
Где главный герой уже выстрелил, но пули повисли,
И ты ещё дышишь, но фильм ушёл на дно.

У неё есть голос. Он тихий. Он шепчет: «Не бойся.
Я не сделаю больно. Я просто поставлю на место
Все трещины, всю эту боль, что с тобой носятся.
Я просто закрою глаза - и всё. Исчезнет, как песня,

Которую ты не допел. Ни тоски, ни её голосов,
Ни этих снов, где она не с тобой, а с ним.
Ни этой любви, что рвёт тебя на куски. Ни шрамов, ни слов.
Ты просто исчезнешь. Как точка. Как крик, никем не услышан».

И я стою перед ней. И я знаю: она не лезет в душу.
Она просто ждёт, когда я устану цепляться за свет,
За тех, кто однажды собрал мои слёзы в стакан,
Поставил на полку и вытер руки: «Проблем больше нет».

Я смотрю в её лицо. И вижу не смерть - освобождение.
От всего, что называют жизнью. А в ней - только боль,
Которую ты получаешь за то, что посмел любить.
Я молчу. Она молчит. Мы просто стоим с ней вдвоём.

Она красива. Она страшна. Она - ночь, что глотает звёзды.
Она - кровь, что уходит, когда ты уже не нужен.
Она - скелет, что смеётся над теми, кто слишком серьёзно
Всё это принял. А она - просто дверь. Снаружи

Которой - ничего? Или всё? Крики? Пустота?
Я думал о ней столько раз, что уже не верю,
Что можно бояться и ждать, и хотеть, когда устал, когда та
Капля, что держала, - упала и разбилась о двери.

А она стоит рядом. Ждёт. Не торопит.
Она знает: я сам приду. Когда-нибудь. Может, завтра.
Но пока я пишу эти строки, пока сердце коптит,
Я выбираю дышать. Я выбираю быть контрастом.

Я смотрел в её лицо - и увидел в нём своё отражение.
Не сейчас. Но когда-то. А пока - я здесь. На краю,
Где смерть - это просто моё последнее стихотворение.
Которое я когда-нибудь, может быть, допишу. Но не в этом бою.