А зори здесь тихие..

На зорях - тишина, как на ладони,
Прозрачная, как первая слеза.
Лес дышит мхом… и тонкие ладони
Берёз касаются небесного лица.

Ещё не выстрел - только отголосок,
Ещё не смерть - лишь шорох по траве.
И девочки, смешливые с полос
рассвета, - будто птицы в синеве.

Им жить бы - в письмах, в ситцевых рассветах,
В простых словах: «вернусь» и «береги».
Но тень войны легла на плечи светлых,
Как чёрный плат на русые виски.

И старшина, суровый и усталый,
Вдруг стал им и отцом, и тишиной.
Он шёл за ними тропкою опалой,
Как ходит боль за собственной виной.

А зори здесь - не крик, не гром орудий,
А хрупкий звон невыплаканных лет.
Здесь гаснут не солдаты - гаснут люди,
не успевавшие оставить след.

О, сколько в небе утреннего света,
Когда земля пропитана бедой.
И каждая оборванная ветка
Звенит их недожитою судьбой.

Они лежат - как будто бы уснули,
Вплетённые в коренья и траву.
И только ветер, тонкий, как в июле,
Листает их последнюю главу.

И если вслушаться - не в залпы где-то,
А в шёпот мха, в дыхание воды, -
То можно различить: встаёт с рассвета
Девичий шаг из утренней звезды.

И зори здесь по-прежнему тихи.
Но эта тишина - не забывание.
Она хранит их имена, стихи
И вечное, как боль, очарованье.