Осень одиночеств

Ну, здравствуй, друг! Всё хмуришь злые тучи
Над крыльями уставших флюгеров,
Распарывая шпилями колючий
Узор дождей и северных ветров?

Смотрю, твой лик державно-грациозен,
Но глубже взрыт каналами морщин,
А Невского потрёпанную проседь
Стыдливо прячешь в отблесках витрин.

И я теперь не барышня в кисейном.
Храбрюсь слегка, но тоже не брюнет.
Мы с Бродским разминулись на Литейном
Всего-то, почитай, на двадцать лет.

Как ты сиял! И ел на золочёном,
Каприз Петра, поклонник киверов.
Наряд померк. А был непревзойдённым
Властителем полутора веков.

И я терял. Как свечи поздней ночью,
Надежды гасли, страсти хороня.
Отрада глаз и ангел непорочный
Для мук тоски оставили меня.

Скрывая в тень задумчивые лица,
Безмолвствуем, ведь что ни говори,
Нет хуже: быть покинутой столицей
И горьким одиночеством в любви.

От прошлого не многое осталось,
И судьбы наши тлеют в унисон.
Но кто сказал, что осень – это старость?
Для одиночества всего лишь грустный сон.