В моей карте Сатурн и дыхание бездны,

В моей карте — Сатурн и дыхание бездны,
Козерожья тропа и драконий размах.
Я привыкла быть твёрдой, прямой и железной,
Забывая, как пахнет на крыльях роса.
Я по капле сбираю себя в амальгаму,
Строю замки из воли и вечных камней.
Я несу эту жизнь, как тяжёлую раму,
Становясь с каждым годом сильней и сильней.

Но как же быть слабой, когда ты — скала?
Когда в твоих венах — расплавленный хром?
Когда ты полмира за раз обожгла,
А после... сама же построила дом?
Как выключить пламя и просто остыть,
Сложить эти крылья у сонных колен?
И честно, без боя, себя приоткрыть,
Не видя в доверии сдачу и плен?

Мой Дракон хочет рвать, мой Козерог — строить,
Оба требуют власти и вечной борьбы.
Но порой так охота всё это увоить,
Спрыгнуть вниз с колесницы своей же судьбы.
Снять чешую, как вечернее платье,
И почувствовать кожей касанье ветров.
Слабость — это не крест, не клеймо, не проклятье,
Это тихая гавань в стране мастеров.

Слабость Дракона — в его красоте.
Слабость Скалы — в её скрытом зерне.
Позволь себе паузу в этой черте,
Позволь себе небо... в самой глубине.

Дракон спит...
Гора молчит...
Я — просто я.
В этой ночи.
Позволь себе... быть.