БК гл2 Оковы тишины И Кислова А Страхов Г Ди

.











ОКОВЫ ТИШИНЫ
 
Авторы:
Ирина Кислова http://stihi.ru/2026/02/25/6893
Анатолий Страхов  http://stihi.ru/2026/02/24/5647
Грай Ди  http://stihi.ru/2026/02/24/2619 
(подборка составлена по материалам Мастер-класса )



СОДЕРЖАНИЕ 

- Февральских дней помятая постель... (0.738)
- Рассыпались оковы тишины...(0.838)
- Крахмальную сорочку на шагрень...(0.764)
- В весну несётся пара пристяжных...(0.762)
- Кормлю с руки пугливую мечту...(0.762)
- Вот так бы жить на стыке мягких зим...(0.748)
- Искристое налить в бокал из льда...(0.748)
- Косою тенью сумрак проползёт...(0.812)
- Полсотни пятый день – мой календарь...(0.762)
- Февральских дней помятая постель...(0.724)
- Рассыпались оковы тишины...(0.822)
- Крахмальную сорочку на шагрень...(0.802)
- В весну несётся пара пристяжных...(0.762)
- Замедлила шаги, тяну носок...(0.764)

==============================



***

Февральских дней помятая постель –
Истоптан снег, наполнен рыхлой влагой.
Светлее небо, нежная пастель –
во благо... жизни тёплый дар во благо.

В сажЕнь снегА. Стал неприметный двор
Волшебным, иней расписал ворота.
На стёклах старой школы – льда узор,
Коаны Сото в зимних белых сотах.

Вот так бы жить на стыке мягких зим
И невозможно долгожданных вёсен.
И снег последний пусть благословит
лет россыпь... серебристых нитей россыпь.

Стучится ночь в озябшее окно,
Вчера растает в завтра всё равно...


***

Рассыпались оковы тишины,
Играют свадьбы резвые синицы.
Трепещет солнце – первый вздох весны
искрится, новой радостью искрится.

И фонари, и звёзды обесточь,
Чтоб провалиться в бездну греком мудрым…
Автобусная остановка, ночь,
Один маршрут – «ждать утра», верить в утро.

Косою тенью сумрак проползёт
Сквозь пяльцы веток нитью кружевницы.
Рогатый месяц... звёздный хоровод...
приснится... в эту ночь опять приснится…

Немногословна тётка-тишина,
Но обо мне всё знает лишь она.


***

Крахмальную сорочку на шагрень
Зима сменила... время – панацея...
Январь, февраль... полсотни пятый день...
взрослею... в этот день всегда взрослею…

Крик птиц замёрзших стал похож на стон,
Он всё сильней в закатах бьётся в стёкла…
Шипы терновые безлистных крон –
Мой иероглиф, чаньский иероглиф.

Искристое налить в бокал из льда,
Сосульных слёз, капели первой звона.
Мороз растает – это ерунда.
Знакомо... Как же это мне знакомо!

Февраль, постой, к чему тебе спешить?
Умерь свою безудержную прыть...


***

В весну несётся пара пристяжных
И коренной, метели разгоняя,
снега и ночи... В высях голубых
птиц стая… легкокрылых песен стая.

Ещё февраль, и зябко по утрам,
Но солнце!.. Это чудо, это мука…
Пригрелись между рам, не шелохнутся
Сухие мухи – прошлых жизней духи.

Полсотни пятый день – мой календарь.
Сорву листок, начну отчёт сначала.
Теплом на сердце – все мои года,
причалы. Незабытые причалы…

Февраль, мой торопливый фаворит,
Тобой считаю бренной жизни ритм.


***

Кормлю с руки пугливую мечту.
Предчувствия любви из снов и кружев,
стихов немного и земли в цвету
мне нужно… Только это мне и нужно!

Измучив до предела, до краёв
Раскрошенного всхлябь ночного хлеба,
Дожди прошли, плеск в луже воробьёв
И неба, ослепительного неба.

Вернусь в себя, коль нет путей назад.
Ещё одна пролистана страница.
Февраль – старинный фотоаппарат:
Мгновение – и вылетит синица.

Холодный ветер треплет фонари,
Но свет не гаснет, свет храним внутри.


***

Вот так бы жить на стыке мягких зим
И невозможно долгожданных вёсен.
И снег последний пусть благословит
лет россыпь... серебристых нитей россыпь.

По самому глубинному родству
Живу себе, пылю себе стихами.
На скалах сосны держат синеву
Корнями, многожильными корнями.

Февраль среди высоких братьев – гном.
Снег по колена около порога.
Гость в доме, сквозь сосульки за окном
Блестит дорога, в новый день дорога.

Река сковала память о себе.
Идя по льду – доверься слепоте.


***

Искристое налить в бокал из льда,
Сосульных слёз, капели первой звона.
Мороз растает – это ерунда.
Знакомо... Как же это мне знакомо!

Мне б научиться жить без папирос
На курьих ножках в сказочной избушке.
На ветках иней – прядь седых волос,
Зима-старушка, древняя старушка.

Дорожка вправо, влево, в ночь и сквозь.
Аллеи парка, колкий зимний воздух.
Присмотришься… Всё сыплет мелкий снег
Сквозь звёзды, сквозь мерцающие звёзды.

Разделено пространство «на» и «до»:
Одна часть – тьма, другая – со звездой.


***

Косою тенью сумрак проползёт
Сквозь пяльцы веток нитью кружевницы.
Рогатый месяц... звёздный хоровод...
приснится... в эту ночь опять приснится…

Ныряю в жёлтых плавках, в полный рост,
В желаний прорубь зимних карапузов.
Тьмы океан средь мелких рыбок-звёзд,
Луна-медуза, бледная медуза.

Не стану спорить, не хочу кричать,
Но собственными вижу я глазами:
Нет, это снег усыпан ранним утром
Домами, темноглазыми домами.

Проявленное в тёмных небесах
Блеснёт, утонет навсегда в глазах.


***

Полсотни пятый день – мой календарь.
Сорву листок, начну отчёт сначала.
Теплом на сердце – все мои года,
причалы. Незабытые причалы…

Безумный, нервный, жизненный уклад –
Маршруты, рейсы, города, движенье.
Такси уносит грязный снег за МКАД,
В аэропорт «Мгновенье», в мир мгновений.

Быть может, Иисус там, за окном.
Найдёт ли дом, приют… Ветра подули…
Молитва снега, чистая рубаха
На грязном стуле, старом, пыльном стуле.

Снег падает – не там и не тогда,
Где ждут его. Исчезли города.


***

Февральских дней помятая постель –
Истоптан снег, наполнен рыхлой влагой.
Светлее небо, нежная пастель –
во благо... жизни тёплый дар во благо.

Не солнечные зайчики намыть
Хотят в капели пухленькие щёчки.
Верб вылупившиеся из зимы
Цыплята-почки, миленькие почки.

Снег за окном, а может, карнавал,
Красавицы в восточных шароварах…
Свист чайника, неверно, видно, взял
Аккорд гитары, вздрогнувшей гитары.

Серебряные звёзды, мотыльки -
Февральский снег ложится на виски...


***

Рассыпались оковы тишины,
Играют свадьбы резвые синицы.
Трепещет солнце – первый вздох весны
искрится, новой радостью искрится.

Не оставляй желанья на потом,
Не дай засохнуть в сердце чистым краскам.
Проталина открылась чёрным ртом,
Кричащим: «Здравствуй!» – всем, кто рядом: «Здравствуй!»

Жизнь гонит мысль о смерти, время – гнёт.
Май, солнечные вёдра снова полны…
На дне реки, внутри рыбацкой шхуны,
Проснулись волны, солнечные волны.

Ты знаешь? Время лечит, боль уйдёт,
Уступит место счастью в свой черёд.


***

Крахмальную сорочку на шагрень
Зима сменила... время – панацея...
Январь, февраль... полсотни пятый день...
взрослею... в этот день всегда взрослею…

Не как в ноябрь, а всё наоборот,
Но с тем же нетерпением и болью.
Лёд на заливе треснул, звук идёт
По линии раскола… В тень раскола.

В сажень снега, стал неприметный двор
Волшебным, иней расписал ворота.
На стёклах старой школы – льда узор,
Коаны Сото в зимних белых сотах.

Рассвет зимой неспешен, как монах,
Что ищет Бога в собственных следах.


***

В весну несётся пара пристяжных
И коренной, метели разгоняя,
снега и ночи... В высях голубых
птиц стая… легкокрылых песен стая.

Закрыл глаза, представил санный путь.
Открыл глаза, поверил, что есть тайна.
Снежинка на реснице – чтоб не сдуть.
Мир задержал дыханье, стал признаньем.

Опал… не изумруд, не малахит,
И только им отделан Старо-Невский.
Трамвай в снегу – плывущий белый кит
С Ионой в чреве, в дребезжащем чреве.

А лета хочется среди зимы,
Умчаться к югу, попросить взаймы...


***

Замедлила шаги, тяну носок...
Собьётся ритм в наклоне к первоцвету.
Растущий день на заячий прискок –
за светом… за волшебным летним светом.

В завалах снежных днём протоптан брод,
А к вечеру уж скользкая дорога.
Лопата у подъезда вмёрзла в лёд,
Ждёт бога в жёлтой грязной робе – бога.

Стрекочут стрелки, молчалив февраль.
Он знал Дали, Дадда, Кусаму, Босха…
С могилы счищен снег, видны огарки
Луны и воска, только пятна воска.

Снег завтра, снег сегодня, снег вчера,
Не новый день – в прошедший день игра.









.