Сколько можно?

Твоя мораль не сносится в основке,
ты тешишь часто без остановки,
вгоняя трепетом всем естеством,
и путая всех без разбору в теме.

Тебе неймется всех задеть улыбкой,
и каждый раз всей хитростью своей,
ты хочешь показать умнее всех однако,
не понимая, что это иллюзия потери!

Всем временем твоим в пустые стены,
в которых прячешься, как в каруселях,
мотая всех по кругу часто без разбору,
не понимая, что это лишь игра и никакая!

В ней хочется тебе сказать: «Я здесь!»
Любите все меня такой, какая я есть!
Неважно, что случится в этот момент!
Ведь я большой ребенок, мне вс; равно!

И буду я склонять вас всех к себе любя!
Ведь так люблю морочить очень голову!
Меня тянет казаться в этой всей игре,
не переставая закрываться ото всех!

Своим молчанием вводя всех в ступор,
не понимая, что нервы не такие сильные,
как ты желаешь без сомнения проявить,
и даже без удержки в вере огласить!

Быть может, часто думаешь ты о сво;м,
как всех надуть, чтоб было откровенно!
Не в мыслях разных, без разговора!
А быстро очень и без разбору враз!

Итак, обманывая потихоньку часто,
всей злостью несравненной всех,
ты замедляешь весь процесс решений,
в котором ты живешь поныне и сейчас!

Когда же остановишься ты хулиганить?
Играть чужими чувствами по мере!
Не дергать их в разрыве сожаления,
что уготована с тобой всегда наедине!

Твой холод — просто одиночество застоя!
В н;м ты живешь, как будто день ушёл!
Ничто не держит тебя всей пустоте,
вдыхая ясностью по лени потребления!