О, смейся и надейся, друг мой...

О, смейся и надейся, друг мой,
Не думай, что в тебе вся твоя боль,
Беги от мыслей и пытайся
Сейчас же не сойти с ума. Катайся
Аки сыр в масле убогого желанья,
Томись жестоко в боли ожиданья
Чего-то большего, чем твоя жизнь.
Быть может, ты уйдёшь от укоризн,
Да только от судьбы не убежишь –
Бездейство тоже действо, мой малыш.
Усни, коль хочешь, но от сна добра
Не ожидай. Да, повторится то же, что вчера:
Кошмар прям наяву, где ты один,
Внезапно оказавшийся средь льдин,
Заточенный вдруг в собственном сознаньи.
Из раза в раз бывая там в изгнаньи,
Ты молишь о пощаде. Да только знанье,
Что ты есть жертва своего же прозябанья,
Никак всё до тебя не донесу.
И да, я снова это повторю!
Ты можешь, хочешь, грезишь обо всём,
Но отчего-то помнишь лишь почём
Фунт лиха! Успокойся. Давай, мой друг, подъём!
Ведь это факт – когда-то мы умрём.
Я не побрезгую забрать тебя к себе,
Да вот учти, что откажу твоей мольбе
Вернуться всё исправить. Не пойдёт!
Живи сейчас. Нет, ничто вдруг не произойдёт
И не пробудит всё в тебе от того сна,
В котором ты же очутился без меня.
Проснись и пой, птенец, ведь ты же птица!
Когда-нибудь да переломится та спица,
По кой ты всё так бережно бредёшь,
Боясь упасть. Так упади! Нет, шею не свернёшь,
Да может, голова встанет на место.
Нет, не молчи, тебе давно известно,
Из какого я был сделан теста – совсем
Невкусного, поверь. Ой, ладно! Ни с кем
Так не болтал я, как с тобой.
Уж мне пора. Смотри, ведь я пока не злой.
Не вздумай паенькой тут быть,
Беги к мечтам во всю свою ты прыть,
Не обессудь, коль не получишь чего сразу...
Вот и конец всему моему сказу.
Тебе, я думаю, моя цветная парасолька
Пришлась прямо к душе, и только.
За вход без приглашенья,
Я, так и быть, уж попрошу прощенья,
За все мои слова не вздумаю и извиняться.
Гордись – не каждому ведь может уделяться
Моё особое вниманье, и прощай.
И в жизни собственной меня не раз уж вспоминай.