Смерть автора

– АВТОР УМЕР! – Несётся по мостовой. 
– АВТОР УМЕР! – Внемлют общему шуму старинные здания.
– АВТОР УМЕР! – Шуршат сотни пустых листов, парящих в воздухе.

– ЧТО ИМЕЛ ВВИДУ АВТОР? ПОКУДА Ж НАМ ЗНАТЬ? – Кричит бегущий со всех ног полноватый мужчина. Полы его пальто комично развиваются на ветру. – НУ ЖЕ, ГРОМЧЕ, НЕСИТЕ ВО ВСЕ КОНЦЫ. АВТОР УМЕР! – Смеётся.

Николай Александрович семенил по набережной, желая как можно скорей передать преприятнейшее известие. Мчался он настолько быстро, насколько позволяло ему здоровье – чуть быстрее ковыляющей собаки, но медленнее улитки.

Поднявшись на двадцать седьмой этаж высотного здания, Горенков пронёсся по коридору и, громко постучав в крайнюю правую дверь, не дожидаясь ответа, вошёл в кабинет.

– Да вы сидите, сидите, Евгений Петрович, полно Вам, голубчик, полно.  – Николай бросил на стол журналиста, даже не собиравшегося вставать, кипу бумаг. – УМЕР АВТОР! ЭТО ЖЕ.. ТОЛЬКО ПРЕДСТАВЬТЕ, КАКОЕ ЭТО ПОЛЕ ДЛЯ ВООБРАЖЕНИЯ! ОН БЫЛ ГЕНИЕМ! ЧИСТЫМ ГЕНИЕМ!

Евгений нехотя оторвался от свежевыпущенной газеты, чья судьба волновала его явно больше бредней умалишённого и, окинув взглядом раскрасневшегося Николая, устало произнёс:

– Автор. Снова?

– НУ КАК ЖЕ ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ, – Горенков Николай Александрович, директор местного выставочного зала, выудил из кучи чистую листовку, – ПЁТР ЖИГЛЕНКО. – журналист медленно кивнул, нельзя было сказать, припоминал он его или нет. Все эти листы ему ни о чём не говорили, – Ну тот.. С конвертами. – На лице Евгения Петровича отразилось озарение. – Вижу, что помните. Все взгляды прикованы были к этим его, запискам, будь они не ладны. И знаете, что он сделал? Конечно не знаете. А вот я знаааю! Вчера он передал их нам, – театрально размахивая руками продолжал Горенков, – и заявил, что публично сложит всё по порядку. А УТРОМ УМЕР!

– Вы вскрыли конверты.