Найда

Меня встречают две особы,
во взгляде просьба: не глупи,
здесь на свободе волкособы,
и лишь волчица на цепи,
я по природе - осторожен,
для волкособа в доску свой,
с волчицей - робок, насторожен,
ведь ей сейчас "хоть волком вой".
Я им, пожалуй, слажу оду,
восторга, в целом, не унять,
ну как же волчию породу,
собаки стали охранять.
Пришел Митяй - ну егерь здешний,
мне говорит: ну ты ж умен,
ведь наступает месяц вешний,
придумай что ни будь, Семён.
Придумал бы, ответил сразу
побойся бога ты Митяй,
я эту не возьму заразу,
уж извини, такой лентяй.
И как вообще к тебе попала?
Ведь ты такой анахорет,
сюда не с неба же упала,
поведай, если не секрет.
- А, от тебя, секретов нету,
сам не поверишь в байку эту:
... терпенье, осень истощила,
косою хлябью морося,
щенка за шкирку притащила
волчица, раненая вся,
видать, охотничьи собаки,
ведь здесь от шерсти лишь клочки
сейчас, наверно скажешь враки,
не веришь? Оба - дурачки.
- Да верю, что тут мелочиться,
хотя ведь вериться с трудом,
ну чтобы дикая волчица
припёрлась к человеку в дом.
И ты рассказывал без фальши,
и без улыбки на лице,
ну хорошо, а что же дальше?
- Волчица сдохла на крыльце.
Но слава богу жив детёныш,
и ни царапины на нём,
точней на ней, она найдёныш,
мы с этим разобрались днём.
Её помыли и одели,
и хоть я их к себе не звал,
всего от роду две недели,
её я, Найдою, назвал...
Он говорил, я слушал молча,
ему наверно невдомёк,
кровь человечья, есмь кровь волчья,
для недогадливых, намёк.