Соломоновы дети

               
               
На Подолье евреи теперь не читают Талмуд,
На воскресных привозах бесед не услышать на идиш,
Во дворах старики ни над кем не вершат строгий суд,
И сапожника Изю на рынке уже не увидишь. 
               
Только помнит Прибужье венчальные своды хупы*,
Хороводы, веселье и танцы под песню «Семь сорок»,
Помнит улиц брусчатку, разброды шумливой толпы,
Голоса развесёло-задорных в базарных рядах тараторок.            
               
Не забудется Пасха и пресные хлебцы мацы,
В синагогах молитвы, печенье домашнее «леках».
Но пастух дядя Яша забыт – он водил вороных под уздцы,
Фронтовик-ветеран, Бог не дал ему долгого века. 

Старый мир Тульчина, Голованевска и Тростянца –
Череда вековая погромов, резней и страданий.
Нет сегодня еврейским погостам в Прибужье конца,
Дай же, Господи, всем, там живущим,
                не знать больше горьких скитаний.
               
Затерялись пути, по которым евреи пришли в этот край,
Здесь, под небом степным, их рождались не раз поколенья.
Им, казалось: они обрели здесь, в ПодОлии, рай,
Но на кладбищах здешних лежат, все в полыни забвенья.
               
Тяжко жить на земле, где и горе – не горе давно,
Где в миру об усопших забыли и вспомнят едва ли…
Соломоновы дети –  потомки МенАхэма… Но
Что искали они,
Что нашли здесь
И что – потеряли?.. 


*Хупа — свадебный балдахин; полог, под которым еврейская пара стоит
во время церемонии своего бракосочетания, а также сама эта церемония.