Монгол

 Монгол

В. Яну посвящается



Как сладкоструйны воды Керулена!
Я часто вспоминаю о тебе !
Как я устал от песен этих пленных,
Поющих о злосчастной их судьбе.

Исток твой, Керулен, в горах высоких.
Нисходишь ты в долину с высоты,
Под песни звонкие красавиц чернооких
Родную степь водой питаешь ты.

Тень моей юрты, белой и высокой,
Сбираемой, однако же, легко,
Чтоб кочевать туда, где травы в соках,
И отходить не очень далеко.

От твоих вод, река моя родная,
Мой бюрюзововодный Керулен.
Ведь всю Монголию от края и до края
Ты обегаешь, и совсем не лень

И мне скакать на столь тяжеловесных,
Монголами любимых лошадях.
Так проживал я жизнью безмятежной,
Покуда  не пришли, возьми их прах!

Да, поначалу их приказы и веленья
Прельщали нас, наивных дураков.
И Чингиз – хана грозные реченья
Казались откровением богов.

К тому ж посулы золота манили-
Нам говорили, хоть лопатою греби.
И вот  себя батырами мы возомнили,
И нас тогда в тумены загребли.

И стали мы не просто скотоводы,
А  стали  воины мы Золотой орды.
Не защитили Керулена воды
От этой ужасающей судьбы.

Дойти до края света в край суровый,
Как нам велел услышанный достан,
Как приказал степи хозяин новый –
Жестокий и ужасный Чингиз – хан.

И движимы преступною надеждой
Всех захватить и обратить в свой плен,
Расстались с родиной, как со старою одеждой
Без сожаления, прости нас, Керулен…

Мы твою воду глиной замутили,
И ты оглох от топота Орды,
И кони наши удила вдруг закусили,
И растоптали наши скромные цветы.

И мы рванулись с гиканьем и свистом
За призрачной и дикою мечтой,
И вид наш был так страшен и неистов,
Что всех смели мы жесткою метлой.

И разгромили мы хорезмские мечети,
Сломали даже половцев лихих,
Воздали должное Сейхуну и Исети,
Их воды красной кровью обагрив.

Вот и Итиль – река в пределах русских,
Что называют Волгою они.
В глазах монгольских маленьких и узких
Ты увидала нашей ярости огни…

Но я устал от вида крови и от гари,
Я не хочу побед и перемен.
И больше не пьянею я в угаре
Своих побед и бесконечных смен

Пейзажей, гор и рек в чужих пределах.
Мечтаю сам попасть в степной я плен.
Душа тоскует о той юрте белой.
Прости меня, мой сладноструйный Керулен.

17 апреля  2024 г.