Кабинет. А. Вознесенскому посвящается

       Эпиграф: Что этот мир?
      "Непостижим и познаваем...
       Вот кажется
          мы вновь на уровне вершин
       И смотрим в мир,
                всё понимая,
       Но это лишь обман глубин
       И непостоянство расстояний,
       И то, что ты вчера
                влюблённым был,
       Сегодня ты представлен негодяем
       Подобен ликам смерти
                этот мир;
       - Под смуглой кожей,
                нежностью ресниц
       Таится череп оголённый:
       Это смерть, блистая
                миллионом спиц,
       Осуществляет в мире
                скрытое движение!
       Быстрее всех,
              сильней огня и воли,
       Мудрейших в мире,
               она всех переспорит!"

1.И что - же спорить мне
  с её упругим шагом,
  я в постоянной хворобе
  опять дышу на ладан.
  Конечно я шучу,
  но шуток знаю меру.
  Вот она приникла
          тонкая к стеклу
  и улыбается из ночи белой.

2.Мир не раскроется для нас;
  вот так не распахнётся просто
  и мера всех вещей
  есть не размер,
  и обладатель этой вещи
            явно болен!

3.Да болен
и не встаёт с кровати.
Всё ищет средство.
У него невроз
и криз,
    который назовётся Осенью!

4.Как жаден день
к моим ночным забавам.
Он всё в смешное превратит
и встанет надо мной державой!
И горько, горько мне,
что тает месяц постепенно.
Лишь ночь одна -
кочующая лестница!

5.Опять занятием литературным
я досаждаю городу во сне.
Он спит как изваянье Мура,
откинув голову к стене!
О час ночной,
я смерти очень близок,
я, разгадавший смыслы,
страшусь её,
      главою многоликую!

6.Мой кабинет ночной,
мой гроб и спальня,
и лампа диким хрусталём
играет бликами Вивальди!

7.Опять отрывок сказанного днём
войдёт ко мне сутуло,
кувшина, орнаментированное тулово,
наполнено охристым гулом!
Кувшинчик сей охристый
достался мне
опять же по наследству!
В нём предок мой хранил елей
и будущего внука сердце!

8.За окнами
пять тысяч третий листопад,
Он смешан с белым снегом.
Витиеватость ржавеющих оград
изваянных в прошедшем веке!
Прильну к стеклу окна.
Пойму, что неизбежно
блистает неба, чистый хром
и смерть стоит за дверью!
А впрочем что её бояться!
она всегда со мной,
как этот пёс;
        - зубастый ракшас!

9.Темнеет век
И с каждым днём всё сумрачнее,
и я спрошу - куда идём
по магистральной улице?
Вопрос -
      ответа нет.
Вернее всё же есть,
но замыкается на ключ,
а дешивровщик умер этим летом!

10.Сижу.
По клавишам стучу как дятел.
В прошедшем времени Камю
сказал бы обо мне не лестно!
Вперяясь взором в листопад,
строку опять вымучиваю -
чешуйчатый и красноватый гад,
он на меня опять
          глазиво пучит!

11.Мой кабинет вечерний,
мой кабинет ночной,
летящие эфиры
и мыслей, добрый перегной,
где выростают римляни.
Я не заперт с трёх сторон
и небу звёздному открытый,
и лета, тихий гром,
мне шепчет с аудиокассеты!

12.Я слышу голоса поэтов.
Меня стихи излечат
и встанет над равниной лето,
и побежит по небу глетчер!
От Вознесенского до Воха
мой слух испестрят голоса,
мой слух как губка
где плачет летняя оса!
К утру умрёт.
Застынет в необычной позе.
Потом привычно ляжет под стекло
изогнутое чуть, чуть фривольно!

13.Мой кабинет ночной,
то там, то здесь.
То в городе,
то в местности пустынной!
Никто не позвонит: -дзинь, дзинь
в мой кабинет,
        где шепчут совы!
Есть конечно тайна,
но тайна не раскроет сути
даже если и пытаться!

14.Ко всему я стал потусторонен
и даже имя упадает наземь,
на венчике травы
         листком осенним
она спадёт листочком осенью.
Конечно всё игра
и всё сгорает в пламени воображения!
Проплыли мимо города
как чудные растения!

15.Куда я направляю взор -
повсюду тайна в тине вязнет
и ночью скрытый вор
затвором лязгнет!

16.Вот облики каких то чудишь,
вот гора -
вокруг горы
в тенётах плачут люди!
Вот штормовой пейзаж
и горизонт свинцовой губкой!
Вот хоботок - игла
танцует паром из кастрюльки!
И вот всосал он дерево и рощу,
вот озеро стеной
поднялось в облако!
Пора в бега. Бегу
из кабинета тёмного...
Где мой Камю,
лишь только дверь упёрлась
                полусонная!

17.И сны и явь,
и яви миражами!
Летают в поле чертежи
и листья Окуджавы!

18.Мой кабинет,
моя страна потусторонняя,
одна стена;
всё остальное - окна!

19.Мой кабинет бегущий в полнолунье.
как огнепалая звезда!
Он в небесах под чёрной тучей,
стеклянный как стрекоза!
Прозрачен снизу.
стен прозрачность, потолка;
Стеклянный стол
и на столе слюдяные книжки,
в которые втиснуты слова!
Там чертежи, рисунки,
поэтов заумь
и гениальный бред...
Чайки, побережье, крики...
Первый снег!

20.Свой кабинет ношу в воображенье...
Подобен я улитке смехотворной!
Я в жизни выдумщик и лжец.
как шестиногий жук - притворщик!

21.И снова снегом декабря
меня заносит неустанно,
мои дела - мои дома
относит ветром к соснам!

22.О сколько судеб я сплетал
в своё подобье жизни
из сеток дней календаря,
как забытых мелодий твиста!

23.Исписаны листы...
Всё в списках и в перечислениях,
а жизнь - то по иному длится
и накатывается ржавою любовью!
"А жизнь страшна..."
Она страшна свои угаром,
как человека пожирает дрянь
и хвороба, и вечная усталость!
"Что будешь делать ты
когда поотсыхают руки...?!"
Они смеются надо мной,
а я сжимаю кулаки,
но остаюсь в своих пределах!

24.Мой кабинет! Моё прибежище!
Мой тяжеловесный гроб!
Моих стихов отечество!
Сгорели годы
и новые в огне пылают,
опять к причалам сентября
я в челноке причалю!
Выходит денег я не накопил,
весной разодран надвое!
Дышу настойкой из чернил
и вытяжкою позднего угара!
Друзьям не позвонить
и не нагрянуть в Отчество
                с повиной,
и не записать в тетрадь
их имена
     замешанных на глине!

25.Обломки русских словарей
ещё кочуют меж народов...
Диктанты и диктаторы...
учителей, последних снегирей...
-Отлёт их стране уж неинтересен!
Я жил похоже миражом,
сплетал в воображенье
               сетью проволочной,
я токовал как тетерев
под чёрным небом
         чёрным вечером!
2005г.