***

Тряпки, валенки, носочки,
шкаф советский с патриарш.
Грусть сжимает нам височки,
в вихре дней, как татуаж.
 
Догнивают папироски,
мрак окутал старый дом.
Жизни горькие наброски,
мы оставим на потом.
 
Всё пройдет, как тень ночная,
сгинет в пепле и пыли.
Только память, замирая,
ищет берег у земли.
 
Не исчезнет, словно грёзы,
в старом зеркале пустом.
Лишь опавшие берзы,
машут веткой под окном.
 
Нет хозяев в аверблоке,
запах той ещё Москвы. 
Дождевые стали стоки,
с ржавым помыслом весны.

 


Рецензии