Наука древней любви. Заворкуем вдвоём

      Но перестань, Эрато*, вникать в ведовскую учёность!
Ближе лежат рубежи бегу квадриги моей.
Я говорил тебе, как утаить от подруги измену,
Я же теперь говорю, как показать её въявь- сильней.
   Не торопись меня обвинять в легкомыслии вздорном —
Ведь и ладью по волнам разные ветры несут:
То нас фракийский Борей, то Эвр**  подгоняет восточный,
То под полотнищем Нот, то заполощет быстрый Зефир – тут как тут.
    Или взгляни, как на конских бегах то отпустит возница
Вожжи, то, вновь натянув, сдержит летящих коней!
Женщины есть и такие, кому наша преданность в тягость:
В них угасает любовь, если соперницы нет прекрасней.
     Изнемогает порою душа, пресытившись счастьем,
Ибо не так-то легко меру в довольстве хранить даже молодым.
Словно огонь, в горенье своём растративший силы,
Изнемогая, лежит, скрывшись под пеплом седым,
    Но поднеси ему серы — и новым он пламенем вспыхнет,
И засияет опять ярко, как прежде сиял, вновь! —
Так и душа замирает порой в нетревожимой лени: 
Острым кресалом ударь, чтоб разгорелась любовь!
    Пусть изведает страх, пусть тёплая станет горячей.
Пусть побледнеет в лице, мнимой измены страшась увидеть!
О, четырежды счастливы, о, неисчетно блаженны
Те, чья обида могла милую деву задеть,
Чтобы она, об измене твоей услыхав боязливо из чуждых ей слов,
Бедная, пала без чувств, бледная, пала без слов!
   Мне бы такую любовь, чтоб, ревнуя, меня не жалела,
Чтобы ногтями рвалась и к волосам, и к щекам, чтоб  расцарапать могда,
Чтобы взглянула — и в плач, чтоб яростным взором сверкала,
Чтоб ни со мной не могла, ни без меня не могла!
    Спросишь, а долго ли ей о тебе стенать и метаться?
Нет: подолгу томясь, слишком накопится гнев.
Ты её пожалей, обвей её белую шею,
Пусть она, плача, к твоей жаркой приникнет груди, тебя пожалев;
  Слёзы уйми поцелуем, уйми Венериной лаской —
Так - и только так, миром закончится брань любящих всех.
Вволю побуйствовать дай, дай ненависть вылить воочью
И укроти её пыл миром на ложе утех.
   Там — согласия храм, там распря слагает оружье,
Там для блага людей в мир рождена доброта,
Так, побранясь, голубок и голубка сольются устами
И заворкуют вдвоём, нежную ласку суля; там - мечта!
     ______
* Эрато (др.-греч.) — муза любовной и лирической поэзии в древнегреческой мифологии, одна из девяти дочерей Зевса и Мнемосины. Обычно изображается с лирой или кифарой, часто с венком из мирта и роз. Ее имя связывают со способностью делать людей желанными и страстными. Также имя Эрато носила царица Великой Армении.
 ** Эвр (греч.) — в древнегреческой мифологии божество восточного или юго-восточного ветра, часто приносящего штормы. 
*** Нот (др.-греч. ) — в древнегреческой мифологии олицетворение южного (горячего) ветра, известного также как нотос и нотья. Сын титана звёздного неба Астрея и титаниды зари Эос, брат Зефира, Эвра и Борея. В Средиземном, Азовском и Чёрном морях это тёплый, сильный и влажный ветер, приносящий туманы и дожди. Гесиод называл его «ужасным» за его высокую температуру. 
**** Зефир –(др.-греч., «западный», микен.) — тёплый и влажный западный ветер, дующий с побережья Атлантического океана. Имеет довольно высокую скорость, порой достигающую силы бури. В Южной Европе сопровождается пасмурной погодой. Господствует в Средиземном море, начиная с весны, и наибольшей интенсивности достигает ко дню летнего солнцестояния. Зефир — устоявшееся в русской традиции греческое наименование западного ветра с Балтийскго моря или с Западного направления. 
____
Наука любви.  Овидий. (Отрывок).
   Но перестань, Эрато, вникать в ведовскую ученость!
;Ближе лежат рубежи бегу квадриги моей.
Я говорил тебе, как утаить от подруги измену,
;Я же теперь говорю, как показать ее въявь.
Не торопись меня обвинять в легкомыслии вздорном —
430;Ведь и ладью по волнам разные ветры несут:
То нас фракийский Борей, то Эвр подгоняет восточный,
;То под полотнищем Нот, то заполощет Зефир.
Или взгляни, как на конских бегах то отпустит возница
;Вожжи, то, вновь натянув, сдержит летящих коней!
435Женщины есть и такие, кому наша преданность в тягость:
;В них угасает любовь, если соперницы нет.
Изнемогает порою душа, пресытившись счастьем,
;Ибо не так-то легко меру в довольстве хранить.
Словно огонь, в горенье своем растративший силы,
440;Изнемогая, лежит, скрывшись под пеплом седым,
Но поднеси ему серы — и новым он пламенем вспыхнет,
;И засияет опять ярко, как прежде сиял, —
Так и душа замирает порой в нетревожимой лени:
;Острым кресалом ударь, чтоб разгорелась любовь!
445Пусть изведает страх, пусть теплая станет горячей.
;Пусть побледнеет в лице, мнимой измены страшась!
О, четырежды счастливы, о, неисчетно блаженны
;Те, чья обида могла милую деву задеть,
Чтобы она, об измене твоей услыхав боязливо,
450;Бедная, пала без чувств, бледная, пала без слов!
Мне бы такую любовь, чтоб, ревнуя, меня не жалела,
;Чтобы ногтями рвалась и к волосам и к щекам,
Чтобы взглянула — и в плач, чтоб яростным взором сверкала,
;Чтоб ни со мной не могла, ни без меня не могла!
455Спросишь, а долго ли ей о тебе стенать и метаться?
;Нет: подолгу томясь, слишком накопится гнев.
Ты ее пожалей, обвей ее белую шею,
;Пусть она, плача, к твоей жаркой приникнет груди;
Слезы уйми поцелуем, уйми Венериной лаской —
460;Так, и только так, миром закончится брань
Вволю побуйствовать дай, дай ненависть вылить воочью
;И укроти ее пыл миром на ложе утех.
Там — согласия храм, там распря слагает оружье,
;Там для блага людей в мир рождена доброта.
465 Так, побранясь, голубок и голубка сольются устами
;И заворкуют вдвоем, нежную ласку суля.