Фантазия о наивном идальго

Где-то рядом, в соседней реальности,
Тихо и мирно живёт
По-прежнему безалаберный
Ламанчский Дон Кихот.

Он и был-то большим романтиком,
А сейчас, постарев совсем,
Забывает даже об авторе,
Мигеле Сервантесе.

Вспоминает не то, что было,
А было не то, что надо,
Ухаживает за могилой.
В ней Санчо. Скончался недавно.

Пишет свои мемуары
На свитках пером много лет.
Я только что отослала
Ему свой старый планшет.

Ведь он свои свитки, бывало,
Сразу пускал на растопку
Камина в дворцовом зале,
Ну, то есть, печи допотопной.

А жалко. Ведь в них бригантины,
Флотилии конкистадоров,
Поэмы Гарсия Лорки,
Кармен, Колумб с Христофором.

Ещё там Юрий Гагарин,
Мелодии ночи былой,
Много стихов-шедевров
И музыки непростой.

Гойя, Веласкес, Эль Греко,
Картины, полотна, наброски,
В свитках, как в киноленте,
Факты, ответы, вопросы.

Теперь он строчит на планшете,
А мельницы ветряные
Снабжают планшет зарядом.
Оказались хоть так применимы.

Чем же закончить мне это
Выдуманное повествование?
Откуда вообще появились
Идеи подобные странные?

Пусть лучше не будет концовки.
Враждебным вниманьем измучен,
Без страхов и без упреков
Приемлет герой свою участь.

Со всем благородством чести,
Со всем безрассудством отваги,
Так беззащитен, заметьте,
Трогательный храбрый идальго.

Не станем ему помехой:
Он вдруг что-нибудь, да создаст.
Не спорю. Конечно. Смех смехом,
Но лично я буду ждать.

Приятно осознавать мне,
Что в бытности альтернативной
Пишет свою хрестоматию
Мой летописец правдивый.

...
Замок. Холодные залы.
Ни слуг, ни гостей, ни собак.
Лишь ветер поёт хоралы.
Нет, не орган, – чердак.

Зеркало над камином.
Там король, кавалеры, дамы.
Зрением интуитивным
Вижу себя в нём. Странно...

...
Ритм сбивается в этой фантазии,
Рифма странно себя ведёт.
Давайте считать: с испанского
Неграмотный перевод.

Но кто бы там что и как бы ни,
Связь пространств и времён? Есть!
Баллада о жизни неправильной,
Ошибочной и гениальной – здесь.