Умник!

В сорок втором, в сорок третьем,
Когда враг стоял у стен,
наши воины, как прежде,
защищали край родной.
В Тихвине врага разбили,
славный подвиг совершив,
и в Околок поселили,
воинов, что мир хранил!

В каждый дом – солдат отряда,
От четырёх до шести.
Их кормили, как и надо,
чем могли, чтоб их спасти.
Картошка, квашена капуста,
вот и вся еда была.
Коров всех в Ленинград,
отправили, как пришла беда!

Солдаты ушли, оставив след,
в колхоз – лошадь, что болела.
Кавалерийский конь, рыжий цвет,
звался Умник, так судьба велела.
И летом, после школы, мне,
бригадир, дядя Ваня, сказал:
Вот, Юрка, тебе, как во сне,
Умник – подарок, я передам!

Собрал он ребят у конюшни:
Вальку, Борьку, Петьку, Славу.
И вывел коня, что был крупным,
высоким, красивым, на славу!
Ноги тонкие, грива длинная,
хвост развевался, как знамя.
Он нервно ноги перебирал, вид невинный,
косил глазами, фыркал, как пламя!

"Кто смелый?" – спросил бригадир.
Борька Тютрюмов – первый вскочил.
Подсадили, дали поводья в мир,
дядя Ваня коня отпустил.
Умник закрутился, вздыбил ноги,
Борька – на землю, как мешок.
Ванька Вонозерский – тоже в тревоге,
Умник, его сбросил, как мотылёк!

Юрка! – позвал дядя Ваня.
Тебя лошади слушают, попробуй!
Я согласился, но с условием, без обмана:
Убери удила, дядя Ваня, будь здоров!
Он долго не верил, но я настоял,
что сяду лишь так, без железа во рту.
Меня подсадили, поводья дал,
Дядя Ваня отпустил, как мечту!

Умник крутился, встал на дыбы,
я обхватил шею, держался крепко.
Он вдруг успокоился, словно судьбы,
сплелись в единое, без оглядки.
Я спрыгнул, погладил, почувствовал связь,
мы стали друзьями, навеки, навек.
Он понял, что я не рвал ему пасть,
и не мучил удилами, хороший человек!

Три года мы вместе, без узды, без бича,
возили дрова, навоз, сено, почту.
Боронили поля, но пахать – не задача,
он быстро уставал, не мог выдержать эту работу.
Летом – телега, зимой – сани,
он мчался, как ветер, легкий и быстрый.
Но с тяжелым возом, на крутые кручи,
не мог он подняться, был слишком шустрый!

Как-то дядя Ваня, запрягши Умника,
поехал за сеном, воз был высок.
На крутой подъём, с разбегу, без крика,
Умник остановился, как будто прирос.
Телега тянула назад, он пятился,
сворачивал с дороги, наклон был велик.
Дядя Ваня – кубарем, на землю скатился,
и больше никто, кроме меня, Умника не запряг!
24.02.2026 года, ЮМур.